Почему первичный прорыв к современному экономическому росту произошел не в Китае?




Скачать 169.08 Kb.
НазваниеПочему первичный прорыв к современному экономическому росту произошел не в Китае?
Дата публикации14.06.2013
Размер169.08 Kb.
ТипВопрос
lit-yaz.ru > Экономика > Вопрос

Сайт Селищева А.С. www.selishchev-finec.ru

Глава 2. Китайский путь



Пусть эта дорога будет

извилистой или прямою…

Цюй Юань (340-278 гг. до н.э.)


2.1. Почему первичный прорыв к современному экономическому росту произошел не в Китае?



Луна – как и солнце:

Она остановки не знает.

Ду Фу (712-770)
Почти на всем своем протяжении история человечества является историей бедности. В то время как незначительная часть общества наслаждалась относительно достойными условиями, большинство прозябало в жестокой нищете. И лишь в последние два века в некоторых регионах планеты (в Северной Америке, Западной Европе, Австралии, Японии и Южной Корее) более 10% общества стали жить более-менее сносно.

Начало данного процесса обнаружилось лишь в XIX веке: именно тогда некоторые экономисты заметили, что всё более увеличивающаяся доля населения Запада стала жить лучше, безопаснее, здоровее, нежели в любой иной части Земного шара. Но все эти улучшения совершались постепенно, поэтому лишь в XX веке лидерство Запада стало очевидно всем. Но и в развитых западных обществах бедность не исчезла, сократился лишь ее удельный вес: с 80-90% до 10-20%. Отличительной чертой цивилизации современных высокоразвитых стран явилась постепенность развития.






500 г. 1000 г. 1500 г. 2000 г.

Рис. 2.1. Этапы экономического развития Западной Европы

После краха Римской империи развитие Запада прошло следующие этапы: (1) Мрачное средневековье V-IX веков.

(2) Экстенсивный экономический подъем X-XIII веков, с бурным ростом населения, с поступательным прогрессом сельского хозяйства, урбанизацией, совершенствованием военной техники, транспорта и архитектуры.

(3) XIV век серьезных потрясений с войнами, эпидемиями и голодом.

(4) XV век – начало выздоровления и политических реформ, революций Нового времени. И, тем не менее, это была всего лишь подготовка к современному росту, который начался в Британии в последней трети XVIII века. Рис. 2.1 иллюстрирует этот процесс.

Еще раз напомним, что в Средние века Запад уступал, Китаю, а также некоторым странам Ближнего Востока как экономически, так и технологически вплоть до XIII-XIV века.

Средневековое общество Западной Европы характеризовалось следующими чертами. Во-первых, оно было преимущественно аграрным (80-90% населения). Во-вторых, в этом обществе не было разделения экономической и политической деятельности: экономика находилась под тотальным контролем политики. В сельской местности центрами политического влияния были поместья богатых аристократов, а в городе – ремесленные гильдии. В-третьих, экономические решения применялись преимущественно на основе обычаев и традиций, а не исходя из экономической целесообразности. Мобильность населения в любых ее формах была строго ограничена.

Американские ученые Н. Розенберг и Л. Е. Бёрдзелл выдвинули гипотезу, что только западноевропейский и японский феодализм обладали социально-экономическими предпосылками для прорыва к стабильному экономическому росту1. Урбанизация постепенно готовила условия для новых буржуазных отношений. Однако в западноевропейском и в некоторой степени в японском обществе имелось еще одно существенное условие, создавшее важную основу для экономического роста. Упомянутые выше исследователи называют это «отношением плюрализма».

Американские авторы развивают свою мысль следующим образом. Феодализм – это общество, в котором ключевыми фигурами являются военные и землевладельцы. Землей, принадлежащей суверену, за службу наделялись военные вожди. Последние, в свою очередь, распределяли землю (или ее часть) среди подчиненных за несение ратной повинности. Однако если на Востоке земля эта по наследству не переходила, то на Западе и в Японии земельные участки оставались военнослужащим и их семьям. Тем самым и в Западной Европе, и в Японии создавались центры плюралистической власти, ибо право наследования было сутью этого процесса.

Возможно, поэтому предположить, что именно в Западной Европе, а затем и в Японии капиталистические производственные отношения созрели раньше. Но этого не произошло в Китае, Индии, исламских странах, где государство и его владыки являлись абсолютными владельцами, как земли, так и большинства факторов производства.

Безусловно, эта версия наиболее отвечает «рыночному вызову». Но считать ее истинной все же преждевременно.

Довольно широко распространена точка зрения, согласно которой первотолчком современного экономического роста послужил быстрый рост населения. Существенный прирост населения наблюдался с XI по XIV век, когда общее количество европейцев составило 70 млн. человек. Однако в XIV веке численность населения катастрофически сократилось из-за неурожаев, чумы, столетней войны и лишь в 1600 году достичь уровня 1347 г.

На европейском континенте средних веков с точки зрения прироста населения, можно выделить три крупных региона: 1) Средиземноморье, 2) Центр; 3) Север и Запад. Лишь в Северо-Западной зоне численность населения к 1750 г. в 1,5 раза превзошла уровень 1600 г. Именно здесь и свершилась впервые промышленная революция. Промышленный центр Европы переместился из зоны Средиземноморья на Север континента.

За период 1600-1750 гг. западноевропейской экономике произошел ряд качественных изменений: укрупнение городов, модернизация производства, образование общенациональных рынков и финансовых центров в Лондоне и Амстердаме.

Тем самым в Западной Европе лишь Север оказался подготовлен к принципиально новой стадии экономического развития: к современному экономическому росту2. Причем это сопровождалось беспощадной борьбой между Лондоном и Амстердамом за лидерство в регионе, а значит – и в мире. Победил Лондон.

^ Голландская республика, показавшая пример стремительного превращения в экономического лидера за счет снижения издержек производство в сельском хозяйстве, промышленности и особенно в торговле, вместе с тем продемонстрировала традиционализм высокого уровня. Действительно, на начало XVIII века, по меркам своего времени, голландское общество было самым зажиточным, образованным, урбанизированным и мобильным. Страна прошла огромную дистанцию на пути к современному обществу. Голландскому опыту приезжал учиться не только Петр I, но и англичане-промышленники. И, тем не менее, это не спасло голландскую экономику от погружения в самодовольную стагнацию.

Таким образом, даже полностью коммерциоанализированная экономика, доведя доиндустриальную технологию и организацию производство до самых высоких пределов, вовсе не обязательно автоматически ведет к современной капиталистической индустриализации.

Более того, буржуазия и даже само буржуазное государство могут приспособиться действовать в рамках вполне небуржуазного общества, а накопление капитала отнюдь не обязательно ведет к индустриализации. Интенсификация рыночных отношений отнюдь не обязательно ведет к индустриализации. В конце концов, сама торговля способна заменить собой промышленность. Именно Голландия XVIII века дала пример такой экономической модели, в которой интенсификация в одной сфере деятельности (торговле) надежно блокировала пути к экономической политике, необходимой для роста и развития. Тем самым отнюдь не каждый путь экономического роста неизбежно приводит к промышленной революции.

В мире только в Великобритании организационные и технологические изменения оказались достаточными, чтобы во второй половине XVIII века перейти к новой экономической модели.

Нелишне упомянуть, что протоиндустрия (высокоразвитое мануфактурное производство) до английской промышленной революции существовала не только в Британии, но и во Франции, Силезии, Швеции и России. Причем в некоторых регионах отдельные ремесленные производства были гораздо более развиты, чем английские. Однако только Британия оказалась наилучшим образом приспособлена к осуществлению современного экономического роста, то есть к промышленной революции.

^ Одной из интригующих проблем британского экономического роста являются его относительно медленные темпы (около 2% в год). Тем не менее, они оказались на порядок выше, чем у остальных стран, и это позволило Британии в течение нескольких десятилетий стать мировым экономическим лидером («мастерской мира»). Правда, впоследствии темпы роста некоторых стран превысили английские, и Британия к настоящему времени утратила лидирующее положение.

Существует обильная научная литература относительно британской промышленной революции. Однако, на наш взгляд, никто из авторов, занимающийся этой проблемой не смог убедительно объяснить, почему промышленная революция произошла именно в Британии, а не в другой стране. То есть проблема локализации первичного прорыва к современному экономическому росту остается до сих пор открытой.

^

2.2. Особенности перехода к современному экономическому росту в Китае


Конфуцианцы в сегодняшнем мире

Стихи распевают да шамкают прозой.

Деяния древних – для них умиленье,

О нынешнем судят со злобой, с угрозой.

^ Хуан Цзуньсянь (1848-1905)
По мнению исследователей из КНР, уже в XI веке до н.э. (и вплоть до опиумных войн 1839-1842 гг.) в Китае существовал феодализм3. Конечно, на протяжении этих трех тысячелетий китайский феодализм претерпевал существенные изменения, особенно после 220 г. н.э.

Уже в III веке до н.э. китайское общество обладало явными чертами рыночной экономики. Во-первых, это свободное перемещение людей через государственные границы. Во-вторых, частная собственность на землю. В-третьих, межродовое разделение труда (которое существовало уже с XVI-XI веков до н.э). В-четвертых, практика обмена продуктами производства (которая также существовала с незапамятных времен). И, наконец, практически все в древнем Китае имело стоимостную оценку, в том числе и оплата ремесленников4.

Опыт древнего Китая убедительно показывает, что рыночная экономика – отнюдь не обязательно продукт демократии и современной эпохи. Современная капиталистическая экономика – это всего лишь высокая стадия развития рыночной экономики. Что касается Китая, то он обладает рыночной экономикой определенной стадии развития на протяжении уже более двух тысячелетий. При этом к XIV веку н.э. китайцы обладали не худшей, а, возможно, и лучшей технологией, нежели европейцы, но вместе с тем не сумели совершить промышленную революцию ранее, чем во второй половине XX века, значительно отстав от Западной Европы. И эта проблем остается одной из самых дискуссионных. В научной литературе по этому поводу существует, по меньшей мере, три точки зрения.

^

2.2.1. Марксистская версия


Мы прокляли

выдумки праздных умов,

Из сердца выбрасывали

иллюзии благоденствия,

Как когда-то выбрасывали

из сиротских домов

Мертвых младенцев.

^ Ляо Ляо (современный китайский поэт)
Ученые-марксисты из КНР объясняют проблему перехода Китая к современному росту особенностями китайского феодализма. Если в Европе капитализм стал зарождаться в XIII-XIV веке, а спустя всего пять веков произошла его окончательная победа, то в трехтысячелетнем феодализме Китая зародыши капиталистических производственных отношений были заметны уже в III веке н.э. Но, тем не менее, не было условий для их развития: в Китае отсутствовали города европейского типа в качестве рынков товаров и рабочей силы5.

Авторы монументального труда «Комментарий по современной китайской экономической истории» отмечали, что во время позднего феодализма эпохи Цин (1644-1911) чиновники, помещики, торговцы и ростовщики контролировали средства производства, и, в частности, землю. Эти четыре социальные группы аккумулировали во все возрастающих размерах землю и прочие богатства в виде доходов от ренты, поступлений от налогов, процентов от монопольных цен. Все эти богатства тратились на паразитическое потребление предметов роскоши, а также на поддержание неэффективного государственного механизма управления армии и чиновников6.

В первые годы правления династии Цин правящая элита самоограничивала собственное потребление прибавочной стоимости: часть ее в качестве субсидий перераспределялась в пользу бедняков, на освоение новых земель, строительство водных сельскохозяйственных сооружений, дорог, систем связи и городов. И это, пусть даже скромное, перераспределение прибавочной стоимости в пользу общества существенно стимулировало развитие частного сектора. В результате, впервые 75 лет правления династии Цин экономика процветала, и население увеличивалось. Однако впоследствии такое благоприятное для общества перераспределение прибавочной стоимости было свернуто, а методы эксплуатации труда становились все более изощренными.

Несмотря на искусно отрегулированный феодальный механизм управления, зачатки капиталистических производственных отношений (протокапитализм) не могли быть остановлены в своем развитии, хотя они не прогрессировали столь же динамично, как в Западной Европе.

В средних и крупных городах торговцы организовывали шелкопрядение и тканекрашение, широко используя при этом наемную рабочую силу. В некоторых деревнях помещики нанимали работников для сбора урожая, а затем продавали его в целях получения прибыли. Иной вариант рыночных отношений осуществляли богатые сельские арендаторы, нанимая рабочую силу для аграрных работ. Все это стимулировало возникновение отношений протокапитализма. Для иллюстрации этого процесса в китайской экономической науке часто ссылаются на широко известное высказывание Мао Цзэдуна в работе «Китайская революция и коммунистическая партия Китая» (1939): «Феодальное общество существовало в Китае примерно три тысячи лет. Только в середине XIX века в результате вторжения иностранного капитала в этом обществе произошли глубокие изменения. В товарном хозяйстве, развивавшемся в недрах феодального китайского общества, уже зарождались первые зачатки капитализма. Поэтому Китай и без воздействия иностранного капитала понемногу развился бы в капиталистическую страну. Вторжение иностранного капитала ускорило этот процесс»7.

Таким образом, по мнению многих экономистов из КНР, длительность существования производственных отношений в Китае объясняется хорошей отрегулированностью механизма архаичного управления, а становление и победа капиталистических производственных отношений были лишь вопросом времени, хотя трудно сказать, сколько бы еще его понадобилось, не случись активной западной экспансии в середине XIX века.

^

2.2.2. Мальтузианская версия



Скоро тысячелетье,

как заброшен путь правды, дао:

Люди, люди обычно

слишком любят свои заботы.

Тао Юаньмин (365-427)
Многие ученые, пытаются объяснить феномен торможения экономического развития Китая огромным народонаселением. Интересную интерпретацию в связи с этим создал американский исследователь Марк Элвин, который попытался ответить на вопрос: что помешало Китаю усовершенствовать важные технологические нововведения эпохи Сун и достигнуть современного экономического роста подобно тому, как это сделали страны Западной Европы после XIV-XV веков, в то время как Китай и в XIX веке продолжал использовать технологию XII века? Элвин попытался выявить функциональную зависимость между экономическим развитием и огромной численностью населения.

Элвин считал, что в какой-то мере феномен торможения объясняется тем, что, во-первых, после XIV века Китай начал проводить политику самоизоляции; во-вторых, принял новую философскую ориентацию: неоконфуцианство, не стимулирующую изучение причинно-следственных связей в природе и обществе8. В качестве третьей причины М. Элвин выдвинул создание эффективной транспортной системы и сети мелких рынков, которые постоянно корректировали и смягчали любые резкие изменения в относительных ценах, отражающих критический дефицит продуктов в том или ином районе. Многочисленные странствующие торговцы передвигались от одного поселка к другому в зависимости от изменения спроса и предложения. К примеру, если хлопок дорожал в одном районе, то торговцы оперативно привозили его из других. Тем самым производство хлопчатобумажной одежды оставалось разбросанным по сельской местности и не перемещалось в городские центры. Цены редко изменялись настолько, чтобы создать достаточный стимул для внедрения новых технологий и организации механизированного производства. И, наконец, четвертая причина, тормозящая модернизацию экономики – это наличие большого количества свободной рабочей силы, освободившейся от крепостной зависимости в XVII веке и получившей возможность мигрировать из наиболее заселенных восточных районов страны и осваивать новые земли для занятия сельским хозяйством, что способствовало консервации экстенсивных форм экономической деятельности.

В результате внутриполитической стабилизации, достигнутой маньчжурскими правителями после 1860-х гг., медленного роста населения, постепенного усовершенствования технологии производства объем выработки рос хоть медленно, но постоянно. При возникновении дефицита правительство предпринимало энергичные административные и рыночные контрмеры и неизменно держало ситуацию под контролем. Медленный экономический рост сопровождался умеренным приростом населения. Постепенно величина прибавочной стоимости сокращалась, так как развитие носило экстенсивный характер.

Сходных позиций придерживался американский исследователь Чао Кан, также связывал особенности экономического развития Китая с ростом численности населения9. Чао Кан утверждал, что исторически большинство молодых европейцев были весьма предусмотрительны и осторожны при принятии решения о вступлении в брак. Так как содержание семьи и воспитание детей считалось сугубо личным делом, то свадьба могла состояться лишь в том случае, когда молодой человек был способен обеспечить семью материально.

В результате кривая свадеб и рождаемости в Европе после XV века изменялась в зависимости от экономической конъюнктуры общества.

В отличие от этого, принятие решения о вступлении в брак в Китае не было делом индивидуального выбора. По китайской традиции молодой человек должен был жениться как можно раньше и вырастить как можно больше сыновей, что считалось исполнением долга по отношению к предкам и семейному клану.

На основании собственных подсчетов изменения численности населения с начала нашей эры и до конца XIX века Чао Кан выдвинул предположение, что XII век стал критическим поворотным пунктом: именно в этом столетии средняя площадь обрабатываемых земель на семью упала с 80 до менее 25 му. В результате продукт труда в аграрном производстве сравнялся с издержками. С этого момента количество населения страны стало слишком велико по отношению к площади обрабатываемых земель, государство начало препятствовать купле-продаже земли, технических прогресс в аграрном секторе остановился. Как результат – и в XX веке крестьяне продолжали использовать технологию XIII века.

^

2.2.3. Парадокс Джозефа Нидхэма



Хотя в моем доме

и пять сыновей взрастает,

Но им не присуща

любовь к бумаге и кисти.

Тао Юаньмин (365-427)
Заслуга марксистского и мальтузианского подхода заключается в том, что эти исследования обозначили проблему и привлекли к ней пристальное внимание многих ученых. Вместе с тем, и те, и другие не сумели дать исчерпывающих ответов на поставленные вопросы.

Так, марксисты ограничиваются констатацией, что рано или поздно капиталистические производственные отношения и современный экономический рост созрели бы в Китае и без иностранного вмешательства, так сказать, в результате гегелевского перехода количества в качество. Так ли это на самом деле – вряд ли доказуемо. Представим, что промышленная революция не произошла в конце XVIII века ни в Британии, ни в другом районе мира. Произошла бы в таком случае промышленная революция в Китае и когда? Ответить на эти вопросы не представляется возможным.

В свою очередь, мальтузианцы связывают специфику экономического развития Китая с его огромным народонаселением. Но и здесь при более внимательном рассмотрении можно заметить некоторые неувязки. К примеру, Чао Кан обнаруживает критическую точку количества населения в XII веке, а М. Элвин – в конце XIX.

Пусть критическая точка была достигнута в XII веке при величине народонаселения в 120 млн. человек. Но в XIV веке численность упала до 60 млн., и вновь возросла к концу XVI века до 200 млн., упав к концу XVII века до 70 млн.

Таким образом, по меньшей мере, дважды: в XIV и в XVII веках численность населения опускалась значительно ниже «критической точки», но каждый раз чуда не происходило: Китай не сумел перейти к современному экономическому росту.

^ Парадокс Нидхэма. Весьма продуктивной является концепция Джозефа Нидхэма, который связывал медлительность перехода Китая к современному экономическому росту с особенностями управления экономикой10. В своем монументальном труде Дж. Нидхэм обратил внимание на то, что с I по XII век н.э. китайская цивилизация достигла гораздо больших успехов в научной и прикладной области, но, тем не менее, промышленная революция раньше произошла в Европе.

По мнению Нидхэма, этот парадокс заключался в следующем. Социально-экономическая система средневекового Китая во многих отношениях была более рациональной, чем в средневековой Европе: европейские страны управлялись элитами, сформировавшимися на основе права наследства. Китай же – чиновниками, лишенными этого права. Поэтому в Китае к руководству приходили люди на основании личных способностей и заслуг, а не из-за преимуществ и привилегий, доставшихся по наследству. И тем не менее, несмотря на этот рационализм, а, вернее, благодаря ему, Китай не сумел самостоятельно перейти к современному экономическому росту.

Дж. Нидхэм писал: « Государственный меркантилистский порядок никогда не мог возникнуть в китайской цивилизации, потому что основная концепция мандаринов противоречила не только принципам наследственного аристократического феодализма, но и в системе ценностей богатых торговцев. Накопление капитала в китайском обществе формально могло иметь место, но его производственное использование на предприятиях постоянно сдерживалось чиновниками-учеными, как сдерживалась любая иная общественная деятельность, которая могла бы угрожать их влиянию. В результате торговые гильдии в Китае не могли возникнуть и достигнуть положения и влияния, сравнимого с торговыми гильдиями городов европейской цивилизации»11.

Политика государственного регулирования в Китае способствовала постепенному увеличению предложения ресурсов для растущих потребностей производства и обмена. Если производительность труда и капитала в длительной перспективе и увеличивалась, то незначительно. Экономический рост носил преимущественно экстенсивный характер, а уровень жизни в целом не снижался при стабильном росте населения. В этом заключалось существенное отличие от Европы, где на протяжении почти четырех веков не только уровень жизни, но и количество населения было заморожено примерно на уровне 1300 года12.

Государственное регулирование в Китае обеспечивалось продуманной системой мероприятий.

Во-первых, государство династии Цин издало новые законы, которые упраздняли привилегии прежней элиты, получавшей свои основные доходы от крупных земельных поместий.

Во-вторых, государство принуждало местные власти субсидировать бедняков при разработке целинных земель.

В-третьих, государство тратило значительные денежные суммы на восстановление ирригации и водного контроля над реками, на постройку системы дорог и на снабжение населения зерном во время плохих урожаев. Династия Цин неукоснительно придерживалось этой политики на протяжении примерно двух веков. Власти регулировали колебания сезонных цен на зерно, контролировала неурожайные регионы, приказывала торговцами перебрасывать товары в районы бедствия, и даже отменяло в них не некоторое время уплату налогов.

В-четвертых, государство составляло земельные кадастры для регулирования рентных отношений и налогового бремени.

В-пятых, государство регулировало денежное обращение в стране.

Со своей стороны, китайская элита обладала большой склонностью к потреблению, тратила огромные суммы на подарки, церемонии, а также на общественные нужды. При этом богатство редко оставалось в одном хозяйстве на протяжении более двух-трех поколений. И главной причиной тому была существующая система наследования: наследство делилось поровну между наследниками-мужчинами. Конечно, бывали и исключения: в некоторых процветающих районах благоденствовали немногочисленные семьи. Однако в целом распределение богатств в китайском обществе было гораздо более равномерным, нежели на Западе.

^ Вывод. Сама экономическая система управления Китая не стимулировала внедрения технических новшеств и накопления капитала, как это имело место в Европе в XVIII веке. В связи с этим китайская экономика на протяжении ряда веков развивалась экстенсивно, не претерпевая практически никаких структурных изменений.


1 См.: Rosenberg N., Birdzell L.E. How the West grew rich. The economic transformation of the industrial world. N.Y. 1986. P.60.

2 Под современным экономическим ростом мы понимаем экономику, удельный вес инвестиций которой составляет не менее 5% от ВВП, а темпы роста ВВП – более 2% в год. Примечательно, что на протяжении последних 20 тысяч лет темпы роста мировой экономики составляли не более 1% за сто лет, и лишь после XVIII века произошло значительное ускорение: 2-3% в год и выше.

3 Фу Чжуфу. Чжунго гудай цзинцзиши гайлунь (Краткий очерк по истории древней китайской экономики). Пекин. 1985. С. 299.

4 Chao Kang. Man and Land in Chinese History. An economic analysis. Stanford. 1986. P. 2.

5 Фу Чжифу. Указ. соч. С. 300.

6 См.: Чжунго цзитай куминьцзиши чанъи (Комментарий по современной китайской экономической истории) Пекин. 1958.

7 Мао Цзэдун. Избранные произведения. Т.3. М. 1953. С. 142-143.

8 См.: Elvin M. The Pattern of the Chinese Past. Stanford. 1974. Chapter 17.

9 См.: Chao Kang. Van and Land in Chinese history. An economic analysis. Stanford. 1986.

10 См.: Needham J. The grand traditional. London. 1969 P. 190.

11 Там же.

12 См.: Le Roy Ladurie E. Motionless history // Social science History. № 2. 1977. P. 115-136.




Добавить документ в свой блог или на сайт

Похожие:

Почему первичный прорыв к современному экономическому росту произошел не в Китае? iconАктуальность работы. Состояние природно-ресурсного потенциала страны,...
Процесс снижения объема природно-ресурсного потенциала, темпы сокращения которого прогрессивно растут, не может способствовать экономическому...

Почему первичный прорыв к современному экономическому росту произошел не в Китае? iconКитайская Народная Республика
Центра культуры по изучению русской эмиграции в Китае Цицикарского университета, единственный в Китае поэт, пишущий на русском языке,...

Почему первичный прорыв к современному экономическому росту произошел не в Китае? iconОтчёт за 2012 г о деятельности ассистента кафедры А. Э. Терехова
Некоторые аспекты представлений о совершенномудрых-шэн в Китае эпохи Хань // Общество и государство в Китае: XLII научная конференция:...

Почему первичный прорыв к современному экономическому росту произошел не в Китае? iconО проведении Всероссийской олимпиады по бухгалтерскому учету, экономическому анализу и аудиту
Гоу впо «Красноярский государственный университет») с 21 по 23 апреля 2007 года проводит IV всероссийскую олимпиаду (III тур) по...

Почему первичный прорыв к современному экономическому росту произошел не в Китае? iconКнига Г. Р. Балтановой «Мусульманка»
Балтановой «Мусульманка». Тем не менее, книга Балтановой не только интересна, но и полезна, даже необходима современному российскому...

Почему первичный прорыв к современному экономическому росту произошел не в Китае? iconА. В. Чебунин история проникновения и становления буддизма в китае
История проникновения и становления буддизма в Китае : [монография] / А. В. Чебунин. – Улан-Удэ

Почему первичный прорыв к современному экономическому росту произошел не в Китае? iconТребования к составу и правилам оформления представляемых на государственную...
Требования к составу и правилам оформления, представленных на государственную экспертизу материалов по технико-экономическому обоснованию...

Почему первичный прорыв к современному экономическому росту произошел не в Китае? iconТиповая инструкция
Первичный инструктаж на рабочем месте проводится с каждым машинистом экскаватора индивидуально с практическим показом безопасных...

Почему первичный прорыв к современному экономическому росту произошел не в Китае? iconВнеклассное мероприятие по духовно-нравственному воспитанию
Ведущий. Когда Всевышний решил создать человека, между духами небесными произошел раскол

Почему первичный прорыв к современному экономическому росту произошел не в Китае? iconИнструктаж по тб
Цель урока: создать условия для закрепления у обучающихся представлений о базе данных как совокупности хранящихся взаимосвязанных...



Образовательный материал



При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
lit-yaz.ru
главная страница