Сиона (Часть 1)




НазваниеСиона (Часть 1)
страница9/18
Дата публикации13.06.2013
Размер3.84 Mb.
ТипРеферат
lit-yaz.ru > Философия > Реферат
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   18
«Добавление имени Святого Иоанна к перечню Иисус — Мария прием довольно необычный, но ему поклонялись гностики и тамплиеры... Другой примечательной чертой обложки является использование Agnus Dei, Агнца Божьего... Печать тамплиеров с изображением Агнца Божьего вырезана также в часовне Росслин»[221].

Герцог Уильям и Рене Анжуйский были друзьями, оба они состояли членами Ордена Золотого Руна, группы, провозглашавшей своей целью восстановление старых идеалов тамплиеров — идеалов рыцарских отношений и братства.

Ясно, что тамплиеры в Шотландии выжили и продолжали действовать открыто не только в Росслин, но и в других местах[222]. Однако в 1319 году их спокойная жизнь вновь оказалась под угрозой, когда отлучение Роберта Брюса было приостановлено и тень папы опять нависла над ними. Какое-то время возникла реальная возможность объявления крестового похода против Шотландии, и, хотя она реализована не была, шотландские тамплиеры решили уйти в подполье подобно своим братьям в Европе. Именно это, как считается, привело к возникновению движения масонов.

Знаменателен тот факт, что некоторые отделения масонского движения всегда утверждали, что ведут свое происхождение от тамплиеров и образовались в Шотландии, но немногие историки — даже в самом масонском движении — воспринимают эти заявления всерьез. Эти масоны-тамплиеры, возможно, унаследовали подлинные тайны тамплиеров, по меньшей мере, частично. Их знание, включающее помимо священной геометрии мудрость герметиков и алхимиков, до сих пор считается весьма ценным, а может быть, стало еще более ценным, поскольку касается тем, серьезно отличающихся от тех, которыми занимается современная наука в целом.

Именно шотландец Эндрю Майкл Рамсей, выступая перед масонами в Париже, произнес в 1737 году известную «Речь Рамсея»[223]. Рыцарь Ордена Святого Лазаря, наставник принца Чарльза «шевалье» Рамсей особо подчеркнул, что братство ведет свою родословную от рыцарей-крестоносцев, что было почти прямой ссылкой на связь с тамплиерами. Он был вынужден говорить иносказательно потому, что тамплиеры, во мнении французского общества, все еще были преданы анафеме. В «Речи» прозвучало заявление, что масонское движение зародилось из школы таинств богинь Дианы, Минервы и Исиды.

В последующие годы «Речь» неоднократно обливали презрением не только за последнее заявление, но и потому, что «шевалье» Рамсей утверждал в ней, что Братство не имеет связи со средневековыми каменщиками. Но мы уже упомянули, что недавними исследованиями было показано, что гильдии каменщиков в средневековой Англии не было, поэтому слова уважаемого «шевалье», по меньшей мере, следует принять на веру — так же, как и другие заявления.

Речь 1737 года была первым публичным признанием того, что масонство произошло от идеологии тамплиеров, и возникает вопрос: может быть, именно поэтому год спустя папа объявил все братство масонов вне закона? Поразительно, но даже в это время, уже далеко не средневековое, инквизиция производила аресты и применяла пытки на основании этой буллы.

После откровенных намеков Рамсея на связь с тамплиерами последовало открытое и более авторитетное заявление. В одном из наиболее противоречивых эпизодов истории масонов Карл Готхельф, барон фон Хунд унд Альтен-Кроктау, заявил, что он был посвящен в масонский Орден Храма в Париже в 1743 году. Ему была дана «истинная» история франкмасонства и право организовывать ложи в соответствии с этой властной структурой, которую он называл ложами «Строгого Тамплиерского Послушания», хотя в Германии — обратите внимание! — прижилось название «Братство Иоанна Крестителя»[224]. В истинной истории, которая была ему передана, сообщалось, помимо прочего, что после репрессий некоторые рыцари-тамплиеры бежали в Шотландию и обосновались там. У барона фон Хунда был список с именами Великих Магистров, которые после Жака де Моле возглавляли организованное после разгрома подпольное движение тамплиеров.

Ложи фон Хунда пользовались огромным успехом, но, к сожалению, он не сумел завоевать расположения историков, которые заклеймили его как шарлатана и отвергли его вариант «истинной» истории как абсолютную чушь[225]. В равной степени презрительно они отнеслись и к его списку Великих Магистров. Главные причины столь полного непризнания заключались в том, что основой для его заявлений были слова анонимов, которых он называл «Неизвестные Верховные лица», и выглядело это так, будто все сказанное было им придумано. На самом деле анонимная передача информации в оккультных обществах была довольно частым явлением, что мы можем засвидетельствовать лично. Недавно некоторые весьма уважаемые и пользующиеся доверием люди были обозначены как «Неизвестные Верховные лица», поэтому, по всей вероятности, о своих контактах он все же говорил правду[226].

Стоит отметить, что историки никогда не имели точного списка Великих Магистров из-за пробелов в архивах. Но список Хунда идентичен списку, имеющемуся в «Секретных досье» Братства Сиона[227]. Исследования Бейджента, Ли и Линкольна убедили всех, что список Братства самый точный из имеющихся, и, хотя из-за скудности архивов ни в чем уверенным быть нельзя, он, безусловно, заслуживает изучения академиками и, возможно, окажется правильным. Будем циничными и предположим, что список Братства был сфабрикован в 1950-х годах, но список фон Хунда 1750 года не мог быть поддельным, поскольку тогда не было ни архивов, ни исследований истории тамплиеров. По меньшей мере, списки указывают на связь между ложей «Строгого Тамплиерского Послушания» и Братством.

О заявлениях фон Хунда и его организации написано очень много, но практически отсутствует анализ мотивов его деятельности. На самом деле, ложа «Строгого Тамплиерского Послушания» была по своему характеру «сетью алхимиков», и сам фон Хунд в первую очередь алхимиком[228]. Был ли фон Хунд носителем традиций тамплиеров?

Какова бы ни была истинная причина организации и деятельности фон Хунда, франкмасонство тамплиерского толка вскоре окрепло и стало главной формой масонства по обе стороны Атлантики. (Было выдвинуто предположение, что тамплиеры искусно «спрятались» в высших эшелонах масонской иерархии.) Франкмасонство тамплиерского толка оказало также влияние на предмет наших исследований — Шотландское обрядовое франкмасонство, в частности, ту форму, которая известна как Исправленное шотландское обрядовое масонство, имеющее особо сильные позиции во Франции.

У французских франкмасонов бытует любопытная легенда о мэтре Жаке, мифическом персонаже, который был покровителем средневековой французской гильдии каменщиков. Как говорится в легенде, он был мастером-каменщиком, работавшим на строительстве Храма Соломона. После смерти Хирама Абиффа он покинул Палестину и вместе с тринадцатью путешественниками отплыл в Марсель. Последователи его главного врага мастера-каменщика Отца Собиса были полны решимости убить его, поэтому он спрятался в пещере в Сен-Боме, той самой, где впоследствии жила Мария Магдалина. Но напрасно: его предали и убили. Масоны до сих пор совершают сюда паломничество каждое 22 июля[229].

Еще одним серьезным кандидатом на роль наследника эзотерических знаний тамплиеров является движение, известное под названием розенкрейцерство. Когда-то осмеянное историками как изобретение начала семнадцатого века, сейчас розенкрейцерство все больше признают как движение, имеющее корни в традициях Ренессанса. «Розенкрейцерство» как идеал признано той основой, на которой возник Ренессанс, идеалом, воплощенным в Леонардо. Дейм Френсис Йейтс писала:

«А не могло ли случиться так, что в соответствии с воззрениями магов такая личность, как Леонардо, смог использовать свои знания математики и механики в творческих работах художника?[230]»

Леонардо жил в то время, когда великие интеллектуальные и мистические движения, как магнит, притягивали тех, кто жаждал знаний и власти. Из-за враждебности Церкви эти движения действовали в подполье, что не мешало тайному процветанию трех главных ветвей: алхимии, герметизму и гностицизму. Герметизм, который дал столь важный толчок просветительству розенкрейцеров, и гностицизм, послуживший основой ереси катаров, — вот две составляющие общей космологической идеи: Материальный мир — самый нижний в иерархии «миров», по их терминологии «сфер», по сегодняшней — «измерений», а самый высокий мир — сфера — измерение есть Бог.

Человек, когда-то существо божественное, попал в «ловушку» своего материального тела, но в нем еще остается «божественная» искра. (Многократно цитированное изречение герметиков «Знаете ли вы, что вы боги?»). Есть возможность — фактически долг человека — попытаться воссоединиться с Божественным. Гностики выражают это в религиозных терминах (видя соединение с Божественным как Спасение), а герметики рассматривают его в терминах магии, но идея в основе их воззрений одна и та же. Невозможно провести разграничительную линию между гностицизмом и герметизмом, как невозможно разграничить религию и магию.

Более того, и гностицизм, и герметизм можно проследить до одного и того же времени и места: идеи возникли в Египте, в частности в Александрии в I и II веках. Этот плавильный котел религиозных и философских идей сформировался на основе верований многих культур — греческой, персидской, иудейской, древнеегипетской и даже религий Дальнего Востока, — и в нем были разработаны идеи, пронизывающие всю нашу культуру. (Тесную связь между гностицизмом и герметизмом иллюстрирует тот факт, что «гностические Евангелия», найденные в Наг Хаммади, включают трактаты с диалогами Гермеса Трисмегиста.)

Космология ^ Pistis Sophia, гностического Евангелия, в котором ключевую роль играет Мария Магдалина, не имеет существенных отличий от космологии магов Ренессанса, таких как Марсилио Фичино (1433—1499), Генрих Корнелий Агриппа или Роберт Фладд (1547—1637). Те же идеи, та же культура в то же время и в том же месте легли в основу алхимии. Хотя в нее вошли более ранние концепции, алхимия была — в том смысле, в котором ее сейчас понимают, — продуктом Египта времен первых веков христианской эры. Корни алхимии и общее в ней с герметизмом и гностицизмом исследованы Джеком Линдсеем в книге «Происхождение алхимии в греко-римском Египте» (1970 г.).

Привлекательность гностицизма понять нетрудно, хотя эта моральная система не слишком легкая — упор делается на личную ответственность за свои действия, — но в то же время угроза для Римской церкви, исходящая от такой веры, очевидна. Как предположительно писал Гермес Трисмегист: «О! Что за чудо — Человек!» — восклицание, заключающее в себе утверждение, что человечество не лишено искры божественности. Ни гностики, ни герметики не пресмыкаются перед своим Богом. В отличие от католиков, они не считают себя низменными созданиями, удел которых — чистилище, если не ад. Признание божественности автоматически предполагает наличие того, что мы сейчас называем «самоуважением» и уверенностью в себе — магическую силу в процессе реализации потенциальных возможностей человека. В этом заключается ключ Ренессанса как явления.

Бесстрашие — следствие такого подхода можно видеть во внезапном открытии мира через кругосветные путешествия и исследования. Но еще хуже для Церкви то обстоятельство, что понятие божественности индивида предполагает равенство женщины с мужчиной, по меньшей мере, в духовном отношении. Женщина в среде гностиков всегда имела голос и даже принимала участие в религиозных церемониях в качестве официального лица — вот в чем была одна из главных угроз Церкви со стороны гностицизма. Более того, концепция божественности человека не согласуется с христианской идеей «первородного греха» — представлением о том, что все люди рождаются грешниками из-за падения Адама и Евы (особенно Евы). Поскольку все дети появляются на свет в результате «постыдного» полового акта, эта идея навечно связывала женщин и детей в своего рода вечный заговор против чистых мужчин и карающего Бога. Гностики и герметики не признавали «первородного греха».

Каждого человека поощряли к исследованию как внешнего, так и внутреннего мира — к овладению gnosis, знанием божественного. Этот упор на индивидуальное спасение является прямым антитезисом церковного положения о том, что только священник является тем проводником, через которого Бог может общаться с человечеством. Гностическая концепция прямой связи с Богом прямо угрожала существованию Церкви. Если пастыря не будет слушаться его стадо, то как Церковь сможет контролировать людей? Как и в случае алхимии, гностицизм и герметизм было трудно скрыть от глаз Церкви.

Сочетание запрещенной науки и преданной анафеме философии означало, что люди, исповедующие эту веру, оказывались за чертой социума, и самоорганизация в подпольное общество была неминуема. Многие из этих людей (а среди алхимиков времен Ренессанса были и женщины) помимо неортодоксальных теологических идей придерживались необычных взглядов в таких дисциплинах, как математика и архитектура. Эти люди были опасны и вдвойне опасны из-за режима таинственности, который так привлекает склонных к ереси. Одним из главных проявлений этой ереси было движение розенкрейцеров.

Термин «розенкрейцерство» появился только в начале XVII века, но был применен для наименования движения, которое, несомненно, давно уже было устоявшимся. Его расцвет, как и во многих других случаях, приходится на время Ренессанса — фактически не будет преувеличением, если мы скажем, что «розенкрейцерство» было Ренессансом.

Во второй половине XV века резко повысился интерес к герметизму и оккультным наукам. Новой информации почти не было, хотя, разумеется, ощущалось влияние современности XV века и личностей того времени. Для этой эры был характерен беспрецедентный всплеск жажды исследований более широких следствий герметизма. Внезапно это учение предстало как нечто, подлежащее обсуждению и за пределами узкого анклава его хранителей. Если бы этим занимались только энтузиасты времен Ренессанса, то герметизм вряд ли бы оставался оккультным далее.

Центром этого всплеска восхищения всем, что относилось к герметизму, был двор Медичи во Флоренции (оказавший свое влияние на Леонардо, как и на других великих мыслителей)[231]. Под покровительством семейства Медичи — в частности, Козимо Старшего (1389—1464) и его внука Лоренцо Великолепного (1449—1492) — произошел первый великий синтез ранее отдельных оккультных идей. Козимо финансировал не только поиск легендарных книг, таких как Corpus Hermeticum, предположительно написанной самим Гермесом Трисмегистом, но и перевод книг. Двор Медичи служил салоном для — возможно, печально — знаменитых оккультных мыслителей, таких как переводчик Corpus Hermeticum Марсилио Фичино (1433—1499) и Пико делла Мирандола (1463—1494). Главной заслугой последнего является разработка каббалистической теории и практики в этом плавильном котле идей и концепций.

Мирандола, по всей вероятности, убаюканный ложным ощущением безопасности под эгидой своего аристократического покровителя, был слишком разговорчив, высказывая свои оккультные идеи, и вскоре обнаружил свои книги в папском Индексе, а себя — под угрозой преследования со стороны папы Иннокентия VIII. Некоторое время складывалось впечатление, что ему суждено пройти весь путь тех, кто противостоял Ватикану, но затем случилось нечто странное. Новый папа Александр VI — член семейства Борджиа — по таинственной причине снял с него все обвинения, написал ему личное письмо с выражением поддержки — но почему? Возможно, ключ к разгадке таится в том обстоятельстве, что новый папа украсил свои личные апартаменты в Ватикане росписью на древнеегипетские темы, включая изображение богини Исиды[232].

Современные историки склонны отвергать силу и влияние оккультизма. Если они и обсуждают эту тему, то только для того, чтобы подчеркнуть триумф Века Просвещения, в котором каждый, обладающий здравым смыслом, отринул «суеверную глупость». Но оккультизм во времена Ренессанса был жив и оказал существенное влияние на его возникновение и развитие. Увлечение оккультизмом было не просто симптомом новой открытости идеям, но причиной этого. Дейм Френсис Йейтс очертила действительную роль оккультизма в возникновении эпохи Ренессанса в серии книг[233]. Как она указала, новая оккультная философия из Италии распространилась по всей Европе и кульминацией была европейская кампания великого герметика Джордано Бруно (1548—1600). Путешествуя по таким странам, как Германия и Англия, он пропагандировал возврат к древней египетской религии и открыто высказывался о том, что считает злом главное направление христианства[234].

Учение герметизм, как полагают, было основано «Трижды великим Гермесом» лично и сохранилось через фрагмент «Изумрудной скрижали», на которой были записаны многие величайшие секреты. Хотя в этот миф верили очень немногие герметики, все верили в неувядающее значение египетского пантеона богов. Герметики Ренессанса полагали, что тайны пришли из Египта фараонов времен Моисея, но, скорее всего, они ближе ко времени Иисуса. Корни этих идей можно проследить до Египта I—III веков, если идти далее вглубь, то мы должны признать влияние многих культур. Однако недавними исследованиями установлено, что там, где ранее были склонны подчеркивать влияние греческой философии, идеи восходят к религии древних египтян, и они оказали на учение гораздо большее воздействие, чем греческие[235].

Герметики признают, что, хотя Древняя Греция могла предложить думающему человеку многое, все же ключ к знанию, которое они ищут, находится в Египте. Они осознали также, что эти знания взять непросто: египетская система была закодирована в виде школ таинств, а тайны требуют от обучающегося многих тяжелых этапов посвящения при переходе в следующий уровень.

Джордано Бруно прибыл в Англию в 1583 году и быстро познакомился с такими знаменитостями, как сэр Филипп Сидни, автором — помимо других книг — Arcadia (Аркадии). Ученик великого английского оккультиста доктора Джона Ди (1527—1606) Сидни был бесспорно заметной фигурой в этом полуподпольном мире, поскольку Бруно посвятил ему две свои работы, написанные в Англии. Есть возможность, что при встрече Бруно и Сидни присутствовал и еще один представитель елизаветинского общества Вильям Шекспир. (Знаменательно, что театр «Глобус» в Лондоне был построен по принципам герметической священной геометрии[236]. Не исключено, что последняя пьеса Шекспира «Буря» была написана о докторе Ди и содержит большое количество концепций розенкрейцеров[237].)

Бруно представляет собой фигуру масштаба Лютера или Кальвина, но его имя редко упоминается в той истории, которую преподают в школах. Подобно им — и, разумеется, подобно великим деятелям контрреформации, — он был человеком бескомпромиссным и непрощающим, что было свойственно деятелям того времени. Но в отличие от них Бруно не пропагандировал какого-либо варианта общепринятого христианства, и поэтому его дни были сочтены. Добавьте к этому его высокомерие, и вы увидите, что его судьба была предопределена. Бруно сожгли на костре в 1600 году в Риме после того, как его предал и сдал инквизиции его разочаровавшийся последователь.

Бруно основал в Германии свое собственное тайное общество Джорданисити. О нем известно очень мало, но оно оказало существенное, если не главное, влияние на развитие розенкрейцерства в Европе[238]. Равные заслуги в этом имеет и доктор Джон Ди, настоящий уэльский мудрец. Человек разносторонний, он был не только астрологом и советником Елизаветы I, но и главным шпионом, алхимиком и колдуном[239]. (Мало кому известно, что кодовым именем шпиона доктора Ди была цифра «007»!)

Из таких корней выросло розенкрейцерство — одно из самых таинственных движений в истории. О его существовании впервые стало известно из двух анонимных трактатов: «Fama Fraternitatis», или «Открытие братства наиболее благородного ордена Розового Креста», и «Соnfessio Fraternitatis», или «Признание похвального братства высокодосточтимого Ордена розового креста», которые циркулировали в Германии в 1614 и 1615 годах[240].

В этих трудах сообщалось о существовании тайного братства адептов магии — розенкрейцеров, которые были названы так по имени мифического основателя братства Христиана Розенкрейцера (Christian Rosenkreutz — Христиан Розовый Крест).

Считалось, что он путешествовал по Египту и Святой Земле, собирая тайное или оккультное знание, которое он передал новому поколению адептов. Жизнь его была необычной, но смерть и похороны еще более странные. Говорят, что Розенкрейцеру было 106 лет, когда он умер в 1484 году и был похоронен в тайном месте, которое всегда освещено «внутренним солнцем». Его тело, по слухам, нетленно — оно остается таким же, как при жизни, и не разлагается (посмертное явление, связанное с удивительно большим количеством людей, главным образом христианских святых).

В этих манифестах розенкрейцеров, которые вскоре стали широко известны, никаких секретов раскрыто не было, но в них было объявлено о существовании братства, а также предлагалось каждому, кто хочет узнать больше, войти в контакт с его представителями. Предположительно, это было своего рода начальное испытание, поскольку адреса для переписки не указывалось. Этого было достаточно, чтобы историческая наука отвергла манифесты как чью-то странную шутку. Но, как показала Френсис Йейтс[241], авторы манифестов проявили глубокое знание мудрости герметиков и алхимии. Знаменательно, что они считали алхимию духовной дисциплиной, а не созданием золота из других веществ — это занятие, по их мнению, было «нечестивым и мерзким».

Какова бы ни была правда о происхождении розенкрейцеров, они оказали сильное влияние на многих всемирно известных мыслителей, таких как Роберт Фладд (1547—1637) и сэр Исаак Ньютон. Как ни удивительно, но знаменитый рационалист Френсис Бэкон, в сущности, был розенкрейцером[242]. Однако в этом есть смысл, поскольку учение розенкрейцеров представляло собой синтез всех концепций герметиков и оккультизма: имя, вот единственное, что было новым. И Френсис Йейтс без колебаний отнесла Леонардо к «ранним розенкрейцерам»[243].

Как мы уже упоминали, имя Леонардо стоит в списке Великих Магистров Братства Сиона, но розенкрейцером он себя называть не мог, поскольку такого названия в его время еще не было. Однако к другим Великим Магистрам из списка это не относится, например к Валентину Андреа (1586—1654), немецкому драматургу и поэту, который был лютеранским пастором. В «Секретных досье» указывается, что он возглавлял Братство с 1637 по 1654 год и известен тем, что, по общему мнению, был автором манифестов розенкрейцеров или, по меньшей мере, организовал их опубликование.

Совершенно точно, Андреа написал в 1616 году третий манифест «Химическая свадьба Христиана Розенкрейцера»[244]за много лет до того, как он стал главой Братства. Возможно, именно благодаря своему положению ведущего розенкрейцера он и получил этот пост. Розенкрейцерство является цепочкой, связывающей вместе всех Великих Магистров из списка, правление которых охватывает весь семнадцатый век. В определенном отношении это обстоятельство повышает степень достоверности списка, поскольку только в 1970 году Френсис Йейтс установила факт существования и влияние наследия розенкрейцеров.

Правление розенкрейцеров в качестве Великих Магистров Братства началось, по меньшей мере, с Роберта Фладда, английского алхимика, который занимал этот пост с 1595 по 1637 год. Фладд заявлял, что пытался найти розенкрейцеров, прочитав их манифест, для того чтобы присоединиться к ним, но не смог этого сделать. Тем не менее он написал много трудов по теме и включил идеи, содержавшиеся в манифестах, в свои собственные весьма влиятельные работы, такие как «Utriusque cosmi historia» (История двух миров) (1617 г.)[245]. (Кстати, комментатор оккультизма Льюис Спенс отметил, что Роберт Фладд, писавший в 1630 году, использовал «язык, от которого сильно попахивало масонством», и организовал «собственное общество» с иерархической структурой[246]). После Фладда пост занял сам Андреа, который был Великим Магистром до своей смерти в 1654 году, а после него пост занял Роберт Бойль, оксфордский химик.

В своих трудах Бойль никогда не упоминал слово «розенкрейцерство», но они показывают, что он был хорошо знаком с содержанием манифестов[247]. А когда он организовал то, что позднее стало Королевским Обществом, назвав его Невидимым Колледжем, это название само по себе было иронической ссылкой на общий для розенкрейцеров термин «Невидимое общество» — так они называли себя[248].

Затем пришел Исаак Ньютон, который был Великим Магистром Братства с 1691 по 1727 год. Давно известно, что он занимался алхимией, и в его распоряжении был также экземпляр манифестов в английском переводе, хотя есть данные о том, что он считал историю розенкрейцеров мифом, как то и было на самом деле. (Во всяком случае, эзотерические комментаторы всегда сознавали, что эту легенду никто и не собирался выдавать за буквальную правду.) Только в последнее время получил должное признание тот факт, что Ньютон много и всерьез занимался оккультными науками: приблизительно десять процентов его книг были трактатами по алхимии. Утверждают, хотя и голословно, что именно он начертил реконструкцию узора пола Храма Соломона[249].

Розенкрейцерство связано также с расцветом масонства. Два самых первых известных английских франкмасона — Элиас Эшмоль и алхимик сэр Роберт Морей — были связаны с движением розенкрейцеров. В частности, Эшмоль был известным розенкрейцером, в то время как Морей, согласно данным Френсис Йейтс, «вероятно, сделал больше, чем кто-либо другой, для основания Королевского Общества»[250]. В ранних масонских источниках «Братство Розового Креста» прямо связывается с франкмасонами, хотя оговаривается, что они остаются связанными между собой — но разделенными — обществами[251].

Взаимосвязь между розенкрейцерством, масонством, герметизмом и алхимией, которую с великими трудами исследовали такие историки, как Френсис Йейтс, в последние годы внезапно получила подтверждение, когда было найдено собрание документов, в которых было показано, до какой степени такие движения и их идеи были интегрированы. В 1984 году учительница музыки из Манчестера Джой Хэнкокс, взявшись за создание истории дома, в котором она жила, наткнулась на коллекцию документов, в основном диаграмм и геометрических чертежей, которая была собрана Джоном Биромом (1691—1763) и хранилась его наследниками, не имеющими представления о ценности этих бумаг. Эти документы, числом около 500, были посвящены главным образом священной геометрии и архитектуре, каббалистическим, масонским герметическим и алхимическим символам[252]. Значение «коллекции Бирома» заключено в том свете, который она пролила на взаимосвязь между этими предметами, и в информации о людях — сливках интеллектуальной и научной элиты того времени. Биром, ведущая фигура якобитского движения, которое было создано с целью восстановления династии Стюартов на троне, был также членом Королевского Общества и франкмасоном. Он входил в «Клуб Каббалы», известный также под названием Солнечный клуб, члены которого встречались в соборе Святого Павла, который был также местопребыванием четырех основных лож Великой Ложи английского масонства. Его дневники показывают, что он контактировал с ведущими умами своего времени.

Работы, представленные в собрании, взяты из всех обществ и получены от отдельных лиц, о которых упоминалось выше, включая розенкрейцеров, Джона Ди (родственником которого через брак был Биром), Роберта Фладда, Роберта Бойля — даже рыцарей-тамплиеров.

В бумагах содержатся схемы, детально показывающие священную геометрию бесчисленных зданий всех периодов, то есть демонстрируется непрерывность знания принципов, на основе которых были построены эти здания. Например, на одной из схем показана конструкция часовни Королевского колледжа в Кембридже середины XV века — «одного из последних великих готических строений, построенных в этой стране»[253], — основой которой является каббалистическое Древо Жизни (такое же заключение еще раньше сделал Найджел Пенник, один из ведущих специалистов по эзотерическому символизму). Конструкция часовни явно была сделана по образцу кафедрального собора XVI века в Альби, Лангедок, где ранее был один из центров катаров. В собрании имелась также схема некоторых церквей в Лондоне и других зданий тамплиеров, что снова указывает на непрерывность традиции в строительстве зданий и на то, что розенкрейцеры и масоны знали об этом. В собрании Бирома имелись также материалы о Храме Соломона и Ковчеге Завета.

Если, как вытекает из всего сказанного, масоны были наследниками тамплиеров, может быть, и розенкрейцеры ведут от них свою родословную? Само название «Розовый Крест» несет в себе намек на рыцарей, эмблемой которых был красный или розовый крест. В книге Андреа «Химическая свадьба» красный крест на белом фоне проходит как постоянная тема, а его работа в целом носит явный оттенок историй о Граале — и, следовательно, о тамплиерах. Таким образом, наличие материалов о тамплиерах в бумагах заведомого розенкрейцера Бирома позволяет предположить, что это братство и масонство имеют общее происхождение.

Однако при том, что масоны были и есть организация вполне определенная с известными всем членами и местами, где они собираются, розенкрейцеры представляли собой нечто ускользающее, неопределенное, вплоть до того, что термин «розенкрейцер» часто трактовали как обозначение идеала, а не членства в организации — что объяснимо, поскольку в манифестах розенкрейцеры называют себя «невидимым обществом». «Первым конкретным и видимым» обществом розенкрейцеров был Орден Золотого и Розового Креста, основанный в 1710 году в Германии Зигмундом Рихтером, главная цель которого была определена как исследования алхимического характера[254]. Однако шестьдесят лет спустя этот Орден был преобразован в масонскую ложу «Строгого Тамплиерского Послушания», хотя и сохранил свою алхимическую направленность. В этой ложе состояли многие влиятельные люди, включая Франца Месмера (1734—1815), который открыл «животный магнетизм» (хотя и не был, как многие полагают, первооткрывателем гипноза). Сам факт быстрого превращения Ордена Розенкрейцеров в масонскую ложу «Строгого Тамплиерского Послушания» свидетельствует об общности их происхождения.

После 1750 года все безнадежно перепуталось. Если ранее имелись четкие различия между масонами, розенкрейцерами и организациями, которые считали себя наследием тамплиеров, то внезапно все эти группы столь тесно переплелись между собой, что казались одинаковыми. Например, в некоторых формах масонства существовал титул «Рыцарь-тамплиер» и «Розовый Крест», и нет возможности определить, является ли это следствием прямого наследия или же титулы были взяты за их величественное звучание. Считается, что между 1700 и 1800 годами масоны добавили более 800 новых титулов и ритуалов.

Попытки проследить прямую линию от тамплиеров к масонству и розенкрейцерам обречены на неудачу из-за грандиозного разрастания масонских ритуалов и систем. Это, в частности, затрудняется тем, что нет возможности точно установить, какие системы относятся к XVIII веку, а какие являются действительно старинными.

Однако можно найти общую нить в определенных масонских системах, которые были отвергнуты основной масонской организацией. Существуют варианты «оккультного» масонства, которые можно проследить до «Строгого Тамплиерского Послушания» барона фон Хунда. Развитие они получили в основном во Франции. Ключом к этому варианту служит масонская система, известная под названием Исправленный Шотландский Обряд, в котором особое внимание уделяется оккультным наукам и местам, связанным с тамплиерами. Эта же форма масонства отличается наиболее тесными связями с обществами розенкрейцеров.

Использование термина «тамплиер» стало проблемой для этой масонской школы. Между этим и главным направлением масонства возникли трения в связи с тем, что основное направление масонства официально отвергает тамплиерское происхождение — причем их представителей особо раздражает декларация фон Хунда «Каждый масон есть тамплиер». Но большее беспокойство вызывало подозрение властей в связи с многочисленными слухами, что у тамплиеров был тайный план мщения французской монархии и папской власти за разгром Ордена и казнь Жака де Моле. В связи с этим был проведен Конвент масонов тамплиерского толка в Лионе в 1778 году, на котором был создан Исправленный Шотландский Обряд с внутренним Орденом и названием Шевалье Бьенфайсан де ла Сите Сент. Однако это было всего лишь иное имя, обозначающее «тамплиер»[255].

Сильное влияние на Конвент в Лионе — и на последующий французский эзотеризм — оказал Луи Клод де Сент-Мартин (1743—1804). Хотя сам он был, по всей видимости, целибатом, центральным в его философии стало поклонение Женскому Началу в форме Софии, которую он считал «женской формой Великого Архитектора»[256]. Мартинизм стал наиболее влиятельной оккультной философией не только в форме оккультного масонства, но также и в обществах розенкрейцеров Франции XIX века, что мы обсудим в следующей главе.

Через несколько лет после Конвента в Лионе в 1782 году состоялась другая великая масонская конференция — на этот раз с представителями всех масонских групп Европы — в Вильгельмсбаде в Гессене под председательством герцога Брунсвика. Задачей конференции было устранение глубокого раскола масонского движения и улаживание раз и навсегда вопроса о взаимной связи между франкмасонами и рыцарями-тамплиерами. Барон фон Хунд, прибывший на конференцию для защиты дела тамплиеров, потерпел полное поражение, что и стало концом «Строгого Тамплиерского Послушания». Однако поклонники тамплиеров выиграли одну битву: конвент согласился признать Исправленный Шотландский Обряд, который был всего лишь иным названием «Строгого Тамплиерского Послушания».

В оккультном масонстве весьма важной является система, известная под названием Египетские Обряды, которая имеет большое значение и для нашего исследования. Однако все эти системы возникли из обожаемого фон Хундом «Строгого Тамплиерского Послушания» и, следовательно, тесно связаны с Исправленным Шотландским Обрядом. В отличие от обычных масонских лож в этих системах особый упор делается на Женское Начало (в некоторых формах имеются даже женские ложи). Все франкмасоны почитают таинственного «сына вдовы». В Египетских Обрядах вдова есть Исида[257].

Братство Сиона, в котором тоже особое внимание уделено Исиде, ведет свое происхождение, как утверждают его члены, от внутреннего круга Ордена Тамплиеров, который в течение многих лет развивался и обрел другие эзотерические связи, говорящие сами за себя. Основное влияние на развитие Братства оказал Жак-Этьен Маркони де Негр (1795—1865), который основал один из Египетских Обрядов оккультного масонства в 1838 году, известный как Обряд Мемфиса. Считается, что и этот обряд является продолжением «тамплиерской» традиции фон Хунда.

Маркони де Негр придумал сюжет «мифа о зарождении» его организации, выдвинув обычные в таких случаях грандиозные претензии на то, что обряд зародился в античные времена в группе, называемой Розенкрейцеры — братья Востока. Эта группа, в свою очередь, якобы была основана жрецом древней египетской религии по имени Ормус, которого обратил в христианство святой апостол Марк, причем среди его учеников были члены секты ессеев[258].

Миф об Ормусе предполагает наличие влияния четырех направлений: розенкрейцеров, египетской религии, иудейского эзотеризма, в частности, каббалы (ессеи, как правильно или неправильно полагают, были каббалистами) и христиан, вероятно, еретического толка.

То, что нас действительно заинтересовало в мифе об Ормусе — как уже знают читатели книги «Святая Кровь и Святой Грааль», — заключается в том, что Братство Сиона взяло себе имя «Ормус» в качестве «вспомогательного титула». Позднее мы узнали, что история Ормуса впервые появилась в связи с Орденом Золота и Розы, когда он стал ложей «Строгого Тамплиерского Послушания» в 1770 году[259]. Но, как мы увидим далее, эта история имеет далеко идущие последствия в рамках темы этого исследования.

По всей вероятности, нет ничего удивительного в том, что возникли общества, претендующие на официальную правопреемственность от Ордена Тамплиеров. Большинство из них можно с легкостью отвергнуть, хотя Древний и Военный Орден Иерусалимского Храма убедительно доказывает, что к нему следует отнестись всерьез. Сегодня этот Орден базируется в Португалии, где занимается, согласно заявлениям его членов, благотворительностью и историческими исследованиями, хотя имеется и отколовшаяся группа, действующая из местечка с ностальгическим названием Сион в Швейцарии[260]. Но происхождение Ордена — в его возрожденной форме — французское.

Древний и Военный Орден Иерусалимского Храма был основан в 1804 году доктором со звучным именем Бернар-Раймон Фабре-Палапра, который заявил, что полномочия на это даны ему «Хартией наследования Лармениуса», чаще называемой просто Хартия Лармениуса. По правде говоря, надо исследовать довольно долгую цепочку, чтобы доказать права Фабре-Палапра на преемственность от тамплиеров, поскольку эта Хартия была написана в 1324 году Жаком Маркусом Лармениусом, который был назначен Великим Магистром самим Жаком де Моле. В свитке якобы имеются подписи всех последующих Великих Магистров Ордена — факт знаменательный, поскольку после казни де Моле Великих Магистров, как считается, уже больше не было.

Естественно, историки заклеймили Хартию как подделку[261]. Даже такие либеральные писатели, как Бейджент и Ли, согласились, что это мистификация[262]. Но, как правило, критики на самом деле не видели подлинного документа — их возражения обычно основаны на переводе девятнадцатого века с латинского[263] (документ был составлен на латинском языке, который был транскрибирован с помощью кода, основанного на геометрии тамплиерского креста). Одной из причин, по которым документ был признан подделкой, является утверждение, что латинский язык текста слишком хорош для того времени — средневековый латинский был заметно более неупорядоченным, — но в действительности переводчик исправил грамматику в тексте. Кроме того, критики подвергли сомнению подлинность списка деклараций Великих Магистров, поскольку все выражения в них абсолютно одинаковы, что мало вероятно для периода времени с 1324 по 1804 год. И снова: в оригинале эти выражения различные, но переводчик стандартизировал их. Итак, две основные причины, по которым Хартия Лармениуса была отвергнута, критики не выдерживают[264].

В Хартии критики нашли еще одно несоответствие: проклятья в адрес «шотландских тамплиеров-дезертиров», которых, как заявляет Лармениус, «следует предать анафеме» (вместе с рыцарями-госпитальерами). Предполагая, что этими схизматиками были масоны из Строгого Послушания барона фон Хунда, историки видят в этом доказательство мистификации, поскольку барон основал «Шотландский Обряд» в 1750 году. Но если он говорил правду о действительном происхождении франкмасонов, то вырисовывается совсем иная картина.

Фактически Древний и Военный Орден Храма заявляет, что Хартия существовала, по меньшей мере, за сто лет до ее опубликования Фабре-Палапра, когда Филипп, герцог Орлеанский — позднее регент Франции, — использовал ее как документ, дающий ему полномочия на созыв собрания в Версале членов Ордена Храма. Если это правда, то сам факт этого является доказательством присутствия тамплиеров в Европе. (Это тот самый герцог, кто ввел Шевалье Рамсея в Орден Святого Лазаря.)

Помимо Хартии Лармениуса у Фабре-Палапра имелся и другой важный документ, который сразу же был отвергнут большинством историков. Это был Левитикон — вариант Евангелия от Иоанна с явно гностической направленностью, который был, по его уверениям, найден им в букинистической лавке. И снова выглядит это уж чересчур счастливым совпадением, но если этот документ подлинный, то он проливает свет на действительные причины, по которым гностические знания следовало держать в тайне. Левитикон,вариант Евангелия от Иоанна, который некоторые датируют XI веком[265], содержит совершенно иную версию событий по сравнению с одноименным Евангелием из Нового Завета.

Фабре-Палапра использовал Левитикон в качестве основы для создания своей нео-Тамплиерско-Иоаннитской Церкви в Париже в 1828 году, в которую были посвящены его последователи. После его смерти через десять лет его преемником стал сэр Уильям Сидней Смит, франкмасон высокого ранга, герой наполеоновских войн.

Левитикон, переведенный с латинского на греческий язык, состоит из двух частей[266]. Первая содержит религиозные доктрины, в которые должны уверовать посвящаемые, включая ритуалы, относящиеся к девяти ступеням посвящения Ордена Тамплиеров. Там же приведено описание тамплиерской Церкви Иоанна и дано объяснение, почему они называют себя «иоаннитами» или «подлинными христианами».

Вторая часть подобна каноническому Евангелию от Иоанна, за исключением того, что из текста исключены важные главы, в частности 20-я и 21-я, последние две главы Евангелия. Кроме того, исключены все упоминания о чудесах, в частности эпизоды о превращении воды в вино, листьев в рыбу и воскрешении Лазаря. Отредактированы некоторые упоминания о святом Петре, в частности эпизод, в котором Иисус говорит: «На этом камне я построю мою церковь».

Но если все это просто загадочные исправления, то Левитикон содержит и поразительный, даже шокирующий материал: ^ Иисус представлен как посвященный, участвующий в мистериях Осириса, главного египетского бога того времени.

Осирис был супругом своей сестры, прекрасной богини Исиды, в чьем ведении находилась любовь, исцеление и магия, помимо ряда других забот. (Каким бы неприглядным ни выглядел для нас сегодня инцест, в Древнем Египте это была традиция фараонов, которая для любого верующего выглядела совершенно нормальной практикой.) Их брат Сет хотел взять Исиду себе и задумал убить Осириса, что и произошло, когда он попал в засаду и был убит, расчленен, а останки его были разбросаны. Горюющая Исида бродила по стране, разыскивая Осириса, и в этом ей помогала ее сестра богиня Нефтида, жена Сета, не одобрявшая преступление, на которое решился муж. Две богини нашли все члены Осириса, кроме фаллоса. Сложив их вместе и использовав искусственный фаллос, Исида на время оживила мужа, чтобы зачать ребенка Гора. По некоторым версиям, она затем вступила в связь с Сетом, хотя каковы были мотивы ее поступка, неясно — возможно, в этой связи был элемент мщения. Гор, уже ставший молодым человеком, был разъярен тем, что произошло, и воспринял это как предательство памяти его отца. Он вызвал Сета на поединок, в результате которого он Сета убил, а сам потерял глаз. Его излечили, и глаз Гора стал любимым магическим талисманом в Древнем Египте.

В Левитиконе, помимо заявления о том, что Иисус был посвященным в мистерии Осириса, утверждается, что он передал свои эзотерические знания Иоанну — «возлюбленному ученику». Кроме того, там говорится, что Павел и другие апостолы основали церковь, но не знали подлинного учения Иисуса. Они не входили в узкий круг приближенных. По Фабре-Палапра, именно это тайное учение, переданное Иоанну — «возлюбленному ученику» — и сохраненное, со временем было воспринято рыцарями-тамплиерами.

В Левитиконе отражено предание, которое предположительно передавалось от поколения к поколению сектой — или Церковью — христиан-иоаннитов Среднего Востока. Они провозгласили себя наследниками «тайного учения» и подлинной истории Иисуса, которого они называли Иешуа Помазанник. Если это правда и такая секта существовала, то их версия истории Иисуса столь неортодоксальна, что непонятно, почему они называли себя христианами. Для них Иисус был не только посвященным Осириса, но и простым человеком, а не сыном Бога. Более того, он был, по их версии, незаконнорожденным сыном Марии — никакого упоминания о непорочном зачатии. Рассказ о непорочном зачатии они считали выдумкой авторов Евангелий, призванной прикрыть тот факт, что Иисус был незаконнорожденным, а его мать даже не знала, кто его отец!

Секта иоаннитов признавала, что титул Христос был связан не только с Иисусом: греческое слово Христос обозначало просто «Помазанник» и было применимо ко многим, включая царей и римских чиновников. Впоследствии руководители секты иоаннитов всегда брали себе титул Христос. (Знаменательно, что Евангелие от Филиппа из Наг-Хаммади применяет титул Христос для всех посвященных в гностические знания[267].)

Эта группа, которую называют гностической сектой, хранила различные эзотерические тайны, включая каббалу. Они также составили план превращения своей секты в тайную организацию, которая (по словам писателя XIX века Элифаса Леви) «будет единственным хранителем великих религиозных и социальных тайн, будет ставить на трон королей и понтификов, не подвергаясь при этом развращающему влиянию власти»[268], — то есть станет подпольной организацией, не подверженной капризам и неопределенности политических и социальных изменений, которые несут с собой годы. Их инструментом должен был стать Орден Тамплиеров, а Гуго Пайенский и другие рыцари-основатели были на самом деле посвященными иоаннитами. Однако тамплиеры разложились сами из-за своей любви к деньгам и власти, что в конечном итоге привело к разгрому Ордена. Французский король и папа не позволили выйти наружу правде о подлинной природе тамплиерской угрозы, поэтому их обвинили в идолопоклонстве, ереси и безнравственности. Но перед казнью Жак де Моле, снова по утверждению Леви, «организовал институт оккультного масонства»[269].

Если это утверждение соответствует истине, то только оно одно резко меняет общепринятую историю. Это утверждение проводит прямую, освященную авторитетами связь между одним из вариантов масонства и тамплиерами, из чего следует, что эта ветвь масонства, возможно, донесла до нас знания тамплиеров.

Элифас Леви посвятил часть своей книги «История магии» иоаннитам в том виде, как о них говорится в Левитиконе. Впервые мы прочитали этот текст в переводе на английский язык А. Е. Уайта, но затем наткнулись на другой перевод именно этой части в работе эрудированного ученого-масона и Великого Магистра Древнего и Признанного Шотландского Обряда в Америке Альберта Пайка «Мораль и догма Древнего и Признанного Шотландского Обряда» (1871 г.). Его перевод имел несколько отличий, но который из них был аутентичным?

Мы сверили французское издание работы Леви[270] и обнаружили, что Пайк сделал некоторые свои собственные добавления или исправления, основанные на его личном понимании секты иоаннитов. Например, он представил последнюю часть исторического предложения, которое процитировано выше как «Оккультное, Герметическое или Шотландское масонство»[271]. Он также исправил слова Леви относительно связи с иоаннитами-тамплиерами и розенкрейцерами. Леви пишет (в добросовестном переводе Уайта):

«Наследники первых розенкрейцеров, мало-помалу изменяя суровые иерархические методы своих предшественников в отношении посвящения, превратились в мистическую секту и усердно усваивали магические доктрины тамплиеров. В результате они стали считать себя единственными обладателями (обратите внимание!) тайн, содержащихся в Евангелии согласно Святому Иоанну»[272].

Пайк изменяет эту часть, которая теперь звучит так:

«... и объединились со многими тамплиерами, догма двух взаимно переплетающихся...»[273].

Изменения Пайка знаменательны, поскольку в то время как Леви был исследователем и комментатором оккультного и масонского мира и до некоторой степени посторонним, Пайк был внутри этого мира. Он счел уместным исправить версию Леви, поэтому вместо указания на то, что розенкрейцеры восприняли «доктрины тамплиеров», Пайк написал, что они просто слились с уцелевшими группами тамплиеров.

Но наиболее значительная поправка Пайка оказалась абсолютной новинкой. После предложения, в котором рассказывается об основании Жаком де Моле «Оккультного, Герметического или Шотландского Масонства» Пайк добавляет, что этот Орден:

«Определил в качестве покровителя Святого Иоанна Евангелиста и ассоциировал себя с ним, чтобы не вызвать подозрений Рима. Святой Иоанн Креститель...»[274].

Эта фраза по меньшей мере любопытна. И Иоанн Евангелист и Иоанн Креститель являются христианскими святыми, и непонятно, почему поклонение одному из них нуждается в прикрытии другим? Вместе с тем Пайк, этот наиболее эрудированный из масонских ученых, не без причины вставил эту информацию в перевод текста книги другого автора. Стало ясно, что нам следует углубиться в тему: «Иоанниты и масонские традиции».

Как было показано в предыдущей главе, Уайт ссылался на «Иоаннитские предания», которые оказали влияние на легенды о Граале, что на первый взгляд кажется совершенно загадочным. Однако теперь в этом утверждении появляется смысл: становится ясным, что «Иоаннитские предания» представляют собой нечто, связанное либо с Иоанном Евангелистом, либо с Иоанном Крестителем. Разумеется, это не было новостью для нас. «Иоаннитские предания», явно связанные со Святым Иоанном, были центральной темой для Братства Сиона, а для этого Братства, как мы уже определили, на первом месте стоял Иоанн Креститель. Как было показано во второй главе, представители Братства утверждают, что Годфруа Бульонский встречался с представителями таинственной «Церкви Иоанна» — другими словами, Братьями Ормус, и в результате этих встреч было решено сформировать «тайное правительство». Орден Тамплиеров и Братство Сиона соответственно были созданы во исполнение этого плана. Нелишне еще раз подчеркнуть, что по меньшей мере в соответствии с этими данными как Братство Сиона, так и Орден тамплиеров были созданы на основе идеалов таинственной «Церкви Иоанна». Помимо мелких деталей, эта история представляет собой полный аналог той, что изложена в Левитиконе, следовательно, можно считать, что, самое меньшее, современное Братство и Орден тамплиеров являются частями одного и того же предания. Концепция тамплиеров, полагающих себя тайной организацией, обладающей достаточной властью, чтобы возводить на трон и низлагать королей, соответствует концепции, изложенной в Парсифале Вольфрама фон Эшенбаха для тамплиеров-рыцарей Грааля — нет сомнений, что тамплиеры были уверены в своем праве[275]. Проблема в том, что эти экзотические претензии на историческую древность, на генеалогическое древо относятся только к неотамплиерским организациям XIX века. Претензии могут считаться оправданными только в том случае, если получат подтверждение в виде независимых доказательств, свидетельствующих о связи этих движений с отдаленным на много веков прошлым через действительно существовавшие несколько веков ранее организации, такие как розенкрейцеры и масонское братство. Другая трудность заключается в том, что существует две разные претензии: одна заключается в утверждении, что определенные формы масонства являются прямым наследием тамплиеров. Другая — в том, что сами тамплиеры являются наследниками более древней еретической традиции, восходящей к временам Иисуса. К сожалению, доказательство справедливости первой претензии не означает истинности второй.

Но опора на уникальный вариант Евангелия от Иоанна интригует, хотя, видимо, существует некоторая путаница между Иоанном Евангелистом и Иоанном Крестителем. Заявление Альберта Пайка о том, что масоны использовали Иоанна Крестителя как прикрытие для поклонения Иоанну Евангелисту[276], как было показано выше, не имеет смысла. Почему они хотели скрыть почитание какого-либо из этих святых, если и тот и другой приемлем для Церкви? Таким образом, Пайк добился только того, что привлек внимание к обоим святым и создал вокруг них ауру тайны и интриги. Возможно, именно это и было его целью. Уйат, в свою очередь, цитирует масонские источники, где говорится о масонстве иоаннитского толка, провозгласившим связь с иоаннитским христианством, центральной фигурой которого является Креститель, считающийся «единственным истинным пророком»[277].

Как мы видим, Иоанн Креститель был святым покровителем как тамплиеров, так и масонов. В частности, Великая Ложа Англии была основана 24 июня — в день Иоанна Крестителя. На полу каждого масонского храма имеются две параллельные линии: одна представляет Иоанна Евангелиста (другое имя Иоанна «возлюбленного ученика») , а другая — Иоанна Крестителя. Очевидно, что оба Иоанна особо важны для Братства, хотя предпочтение отдается старшему. Более того, в клятве масонов упоминаются «святые (не святой) Иоанны»[278]. Сегодня масоны, по их собственному признанию, не знают, почему у них принято особо почитать двух Иоаннов[279].

Возможно, представление об этих двух библейских персонажах перепуталось за многие годы, и теперь термин «иоаннит», который должен обозначать последователей Евангелиста, используется как название последователей Крестителя. Но кому бы ни поклонялись масоны, старшему или младшему Иоанну, или и тому и другому, есть другое имя, отсутствие которого в ложах бросается в глаза: сам Иисус почти не фигурирует в списке почитаемых. Предположительно, это связано с тем, что масоны не являются христианской организацией, чтобы вступить в их ряды, достаточно быть теистом. Но почему же в таком случае, почему они столь много внимания уделяют почитанию святых Иоаннов?

Идея о том, что в Евангелии от Иоанна скрыты тайны, или предположение, что существует другой вариант Евангелия, то и дело всплывала в этом исследовании. Как утверждают, катары имели еретическую альтернативу Иисуса, а сэр Исаак Ньютон было увлечен их учением. (Грэм Хэнкок пишет: «...несмотря на свои благочестивые религиозные убеждения, он, казалось, временами видел в Христе особо одаренного человека... но не Сына Бога»[280].)

Следовательно, как франкмасоны Шотландского Обряда, так и «Наследие тамплиеров Лармениуса» могли сохранить тайны тамплиеров, и обе организации проследили генеалогию тамплиеров до «Секты иоаннитов». Хотя ничего иоаннитского в Египетском Обряде франкмасонов нет, все эти системы выросли из «Строгого Тамплиерского Послушания» барона фон Хунда. А Братство Сиона связывает вместе все три эти системы.

Пьер Плантар де Сен-Клер следующими словами описал цели Ордена Тамплиеров: «быть меченосцами Церкви Иоанна и носителями штандарта первой династии, оружием, которое повинуется духу Сиона». В результате осуществления этого великого плана должен наступить «духовный Ренессанс», который «перевернет христианство». Как мы видим, этого еще не случилось, хотя наше исследование показывает, что откровения, которые могут привести к такому повороту событий, ждут своего часа, чтобы драматически возникнуть на мировой сцене, может быть, в форме Братства или похожих школ таинств, таких как иоанниты[281].

Но как бы там ни было, мы наткнулись на замечательное открытие: начали мы с очевидного увлечения Леонардо Иоанном Крестителем и затем попытались расшифровать слабый намек на то, что Братство Сиона каким-то образом связано с этим святым. На первом этапе это мало что значило, но мы проследили исторический путь от тамплиеров к масонам, а затем к оккультным группам и выявили гораздо более убедительную связь. Под всеми внешне различными формулировками оккультного подполья скрывается все та же иоаннитская ересь — и именно это учение, по собственному признанию, исповедует Братство.

Хотя еще не найдено ответа на многие важные вопросы, перед нами начала вырисовываться цельная картина, в которой Иоанн Креститель оказался каким-то образом связан с оккультным учением. Вместе с тем то была только часть ереси, имеющей две ветви, оставшаяся часть которой представляет собой тайное поклонение богине, поклонение Женскому Началу.

Разумеется, последнее трудно совместить с внешними формами таких организаций, как масонская, которая предстает исключительно мужским образованием. Однако ясно, что тайны, стоящие за этими двумя ветвями — Женским Началом и Иоаннитским учением, — стоили того, чтобы их хранить, несмотря ни на что, хотя они вызывали особую враждебность Римской церкви. Это неудивительно, поскольку вторая ветвь древних эзотерических секретов — поклонение Женскому Началу — приняла форму трансцендентной сексуальной магии со всеми последствиями, присущими врожденной власти Женского Начала.

1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   18

Похожие:

Сиона (Часть 1) icon«Слово пахло мёдом и плодами »
И. И. Левитана, И. И. Шишкина, А. К. Саврасова; портреты русских поэтов и писателей, видеофрагменты фильмов «Елец Бунинский», «На...

Сиона (Часть 1) iconЕвгений Онегин Оглавление Евгений Онегин 1 Введение: 2 Часть 4 Часть 6 часть 9 Часть 12
Жуан и Чайлд Гарольд, которые также не раз упоминаются самим Пушкиным. «В образе Онегина можно найти десятки сближений с различными...

Сиона (Часть 1) iconОглавление
Часть 3 Часть 4 Часть 5 Часть 6 Часть 7 Часть 8 Часть 9 Часть 10 Часть 11 Часть 12 Часть 13 Часть 14 Часть 15 Часть 16

Сиона (Часть 1) iconПрайм-еврознак
Реан А. А. Часть I: глава 14; в частях IV, V, VIII: глава Реан А. А., Петанова Е. И. Часть V: глава Розум С. И. В частях II, IV-VIII:...

Сиона (Часть 1) icon1 класс Азбука: В. Г. Горецкий, В. А. Кирюшкин. Литературное чтение1-2...

Сиона (Часть 1) iconОсновы философской герменевтики
...

Сиона (Часть 1) iconЭтот многолетний и выстраданный труд посвящается мною всем людям бесплатно
Первая часть – это лечебное водное голодание, которая сейчас и предлагается вашему вниманию; и вторая часть будет излагать вопросы...

Сиона (Часть 1) iconЗанятие с детьми 4-5 лет по теме «Игрушки» А. Л. Барто Воспитатель Платонова Т. Г.
Беседа. Использование фольклора. Использование Т. С. О. Структура занятия: 1 часть Вводная 2 часть – основная 3 часть – рефлексия...

Сиона (Часть 1) iconV. Требования к содержанию и оформлению материалов участников Конференции
Работа обучающихся должна состоять из следующих частей: введение, первая часть (реферативная), вторая часть (исследовательская),...

Сиона (Часть 1) iconДействующие лица золушка принц кот в сапогах заяц дед мороз
Первая часть представления проводится под Новогодней елкой. Вторая часть играется на сцене



Образовательный материал



Заказать интернет-магазин под ключ!

При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
lit-yaz.ru
главная страница