Дэникен Именем Зевса (Греки Загадки Аргонавты) Предисловие




НазваниеДэникен Именем Зевса (Греки Загадки Аргонавты) Предисловие
страница2/11
Дата публикации14.06.2013
Размер2.02 Mb.
ТипДокументы
lit-yaz.ru > История > Документы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11
Часть команды спала на борту «Арго», другая — в царском дворце. Аргонавты пополнили запасы провизии на корабле и соорудили алтарь в честь Зевса. На 41-й день «Арго» вошел в реку или канал с огромным множеством водоворотов. Вскоре аргонавты увидели «плавучие острова» с опасными для жизни скалами. Теперь к делу приступил Эвфем:

«…плыли медленно и чрезвычайно осторожно они. Уши ловили уже издали шум сходящихся глыб. Громко ревели в ответ берега с волнами бьющимися. Поднялся тут Эвфем на нос корабля, голубку держал он в руках… Все тесней становилось. Вот отпустил Эвфем голубку, вскинули головы все, за полетом ее следя. Скалы сошлись со сторон обеих с грохотом жутким. С вод брызги взлетели до облаков в небесах. Взревел Понт в ответ, воздух вокруг трепетал… и понесло корабль потоком. Острые скалы срезали перья голубке, самой ей вреда не причинив. Громко стенали корабельщики… вновь скалы сошлись…волны взлетели до неба… Видели это они, головы склонили и боялись, что свалятся в бездну. Но Тифий управился быстро. И вот взлетела волна. Взметнула она корабль над скалами, так что парил он в воздухе как птица… Замер было корабль, да тут Минерва придержала скалы левой рукой, а правой — подтолкнула судно. Стрелой, из лука выпущенной, пролетели скалы они… Так свыше было предусмотрено, так должно было случиться…»

Тифий, кормчий «Арго», успокоил своих взволнованных спутников. Да, они чудом избежали ужасной опасности со скалами, однако лишь с помощью богов. Вмешалась богиня Афина, которая давала советы при постройке судна и «Арго» «крепко держала и непотопляемым сделала».

Ясно, что приключения не завершились бы столь благоприятно без божественного вмешательства. Олимпийцы вообще появлялись на пути аргонавтов периодически. Так, вскоре после переживаний, связанных со скалами, аргонавты увидели бога Аполлона. Он летел из Ликии в страну гипербореев. А страна сия находилась по ту сторону северных ветров. Аполлон хотел навестить «народ иного рода», остров содрогался от шума его крылатой барки, и это зрелище настолько потрясло души аргонавтов, что они тут же воздвигли алтарь и этому богу. Неожиданно заболел Тифий, опытный кормчий «Арго», и вскоре умер. Его спутники построили в память о товарище гробницу-пирамиду. Это удивительно, поскольку пирамида в качестве гробницы была вообще-то изобретением египетских фараонов.

На следующий день аргонавты «высадились в бухте амазонок». Описывается огромный пролив, не сравнимый ни с каким другим на земле, пролив, в который впадает 100 рек. Происхождением своим поток этот обязан источнику, берущему начало в Амазонских горах. Протекает эта река во многих провинциях и (цитирую Аполлония):

«…с уверенностью не сказать, сколь много несчастных пропало в сих землях… Если бы отряд благородных подольше остался на суше, пришлось бы им с женщинами сразиться, что стоило бы крови, ибо быстры амазонки, рожденные Марсом и Гармонией. Война — любимейшее их дело, и рады они силу свою показать…»

Корабельная команда вовсе и не думала вступать в битву с воинственными женщинами, хотя вооруженные амазонки высыпали на берег, как только увидели «Арго». Аргонавты не забыли слова старого царя Финея, предостерегавшего их от столкновений с амазонками. Все тот же старец говорил и о «нечисти небесной», и она не замедлила объявиться через несколько дней после того, как команда покинула бухту амазонок.

При высадке на безлюдный берег на «Арго» неожиданно напали птицы. Они не могли быть обыкновенными пернатыми, поскольку «птички небесные» обстреливали аргонавтов смертоносными стрелами. Аргонавты защищались, подняв над головами щиты и прикрыв тем самым палубу «Арго» сплошной сверкающей крышей. Часть команды подняла оглушительный шум, отгоняя таким образом птиц и обращая их в бегство. Экие умники, эти парни!

После борьбы с птицами, мечущими стрелы, аргонавты ступили на землю. Земля была иссушена засухой, и не было, честно говоря, никакой причины останавливаться в таком месте. Однако неожиданно к ним выскочило четверо нагих истощенных юношей. Они страдали от голода и жажды и бросились молить Ясона о помощи. Оказалось, что все они — братья, уцелевшие после кораблекрушения. Несколько дней подряд их, уцепившихся за сломаную рею, носило по морю, пока не выбросило прошлой ночью на этот остров. Выяснилось, что это четыре сына Фрикса, того самого юноши, который когда-то летел со своей сестрой в Колхиду на легендарном золотом баране. Вот такое замечательное подкрепление получила команда аргонавтов. Братья отлично знали, где находится роща с золотым руном, дороги и бухты неподалеку от вожделенного объекта они тоже изучили неплохо. Одного из сыновей Фрикса тоже звали Аргом, и он провел «Арго» тихой звездной ночью мимо островов царства Колхиды, а оттуда — в устье реки Фасис. На этих берегах раскинулся город Айя с царским дворцом и — чуть поодаль — роща с золотым руном.

А что дальше? Просто внезапно напасть и отобрать руно силой? Ясон считал, что следует договориться, по-доброму поговорить с царем-тираном Ээтом, правящим землями Колхиды. Аргонавтам было известно, что царь Ээт был властителем несговорчивым, однако, с другой стороны, с ними плыли его внуки, четверо сыновей Фрикса, которым они спасли жизнь. Аргонавты соорудили очередной алтарь и попросили совета у богов. И те, разумеется, помогли.

Некоторые боги, — от потомков они почему-то предпочли скрыть свои имена, и нам придется довольствоваться просто упоминанием о них, — попросили юного бога любви Эроса сделать так, чтобы дочь тирана, красавица Медея, навеки влюбилась в Ясона. Это чувство заставило бы ее помогать аргонавтам даже вопреки воле злого отца. Кроме того, богиня Гера, участница «заговора богов» прикрыла туманом команду аргонавтов, пробирающуюся к царскому дворцу. Этот самый туман сделал героев незримыми, и они, благополучно миновав стражников, предстали перед царем. Разумеется, боги позаботились и о том, чтобы первой Ясона увидела именно царская дочь Медея. В тот же миг Эрос выпустил стрелу в сердце девушки, и с тех пор она не могла ни на мгновенье расстаться с Ясоном.

Ну, и как вы думаете, что оставалось делать царю Ээту, кроме как пригласить к себе непрошеных гостей? В конце концов они вернули ему потерянных внуков, да и родная дочь умоляла устроить «званый ужин». Ясон тоже оказался неплохим дипломатом, заявив, что все они так или иначе родственники через богов того или иного пола, после чего потребовал золотое РУно-Царь Ээт сначала подумал, что ослышался. Даже в страшном сне ему не смогло бы привидеться расставание с золотым руном. А тут является молодой пришелец и требует величайшее сокровище его царства. Ээт грубо расхохотался и заявил, что Ясон сможет забрать золотое руно, если выдержит три испытания.

«Неподалеку от рощи, где хранится золотое руно, расположен грот с огнедышащими быками», — с хитрым видом сказал царь Ээт. Ясону следует запрячь этих быков в плуг и вспахать поле. После чего бросить в распаханную землю зубы дракона. Из этих драконьих зубов вскоре вырастут могучие воины, с которыми придется сразиться. Ах, да, не стоит еще забывать и о встрече с никогда не дремлющим драконом, тоже при случае изрыгающим огонь.

Царь прекрасно знал, что никто не способен выполнить подобные условия. Ни на секунду он и в мыслях не мог допустить, что потеряет золотое руно. Правда, ему ничего не было известно про «заговор богов», который раскручивался уже в полную силу. После званого ужина Ясон и его друзья вернулись на корабль, весьма огорченные результатами переговоров. Они тоже считали, что столкнулись с неразрешимой задачей. Горько сетовал Ясон своим спутникам на то, что пожелал от него коварный царь:

«…сказал он, что на Марсовом поле быков двух прикармливает. Пламенем дышат, ноги — медные колонны. На них мне придется четыре нивы на поле распахать, на Марсовом. После желает он семя — зубы драконьи — посеять. Из них-то произрастут воины в бронь одетые, должен я за день с ними управиться…»

Однако новая возлюбленная Ясона, царская дочь Медея, знала, что делать. У нее была мазь с невероятно чудодейственным эффектом. Волшебное средство было сделано из целебного растения, выращенного на крови титана Прометея. Ясон должен намазать все тело и оружие, — разъяснила влюбленная Медея. Мазь станет его надежной защитой, и огнедышащие быки не смогут сжечь его. К тому же оружие его, благодаря мази, обретет невероятную прочность, а самому Ясону будут даны сверхъестественные силы.

Ясон прекрасно выспался за ночь, потом совершил омовение, принес жертву богам, нанес волшебную мазь, оделся. И вскоре начался самый невероятный турнир из всех, когда-либо описанных в мировой литературе [14]:

«…Неожиданно из потайного склепа — стойла, на замки запирающегося, воздух вкруг которого заволокло дымом, выскочили оба [быка. — ЭфД], жар выдыхая. Ужас охватил героев, их завидевших. Однако Ясон стоял, ноги пошире расставив, и ожидал нападения. Пред собой держал он щит. Взревели быки и ударили в него рогами могучими, но ни на шаг не сдвинули с места героя. Как мехи кузнечные в печи кузни, раздули вскоре они жар изнуряющий в пламя… Теперь из пасти пламя выдували и ревели жутко. Огонь охватил героя, но защищала его мазь девушки влюбленной. И вот схватил он быка за рога, потянул с силой и надел ярмо. Потом ударил в копыто железное ногой, тельца покоряя…»

Как и пожелал царь Ээт, Ясон распахал поле на непокорных, изрыгающих огонь чудовищах, потом побросал в распаханную пашню зубы драконьи и только тогда смог передохнуть. Но вскоре по всему полю из земли начали выростать жуткие существа. Они были вооружены металлическими пиками, в блестящих шлемах, а земля, из которой росли они, сияла ярко и освещала ночь.

Ясон схватил камень побольше, да такой, что его не смогли бы поднять четыре человека разом, и метнул его прямо в монстров. Те растерялись, не понимая, откуда напали на них. Воспользовавшись их замешательством, Ясон бросился в бой:

«…Выхватил меч он из ножен и ударил тех, что к нему подобрались. И тех, которые только из земли поднимались, и тех, что плечами других подпирали, на ногах уж стоявших, — всю толпу, что на поле бранном появилась раньше… Косил их ряды Ясон… кровь лилась в борозды, как ручей воды родниковой… Некоторые удары в лицо получали, в спину — другие, а третьи — по бокам и рукам. Толстобрюхие, китам подобные…»

Ясон основательно «подрасчистил территорию». Но самое худшее было еще впереди: бессмертный дракон, что никогда не спит, охраняя золотое руно. На рассвете вместе со своей возлюбленной, подарившей ему волшебную мазь, Ясон и несколько аргонавтов отправились в рощу, где на буке висело золотое руно:

«…пристально всматривались в бук они тенистый и руно на нем… Сияющее как облако, что позлатили солнца лучи, на восходе пламенеющие. На дереве дракон никогда не спящий шею длинную вытягивал, свистел, их отпугивая. Холмы и роща густая эхом ему вторили… Вскипали вкруг леса пламенеющие облака дыма, волна за волной, не темнея. Над землею в воздухе кружили. Чудовище хвост узловатый, покрытый чешуею твердой во всю длину растянуло…»

У Ясона не было никаких шансов одолеть такого монстра, что «никогда не спит и не умрет никогда». Но и тут ему помогла возлюбленная. Она смазала волшебной мазью веточку бузины и провела ею перед пылающими злобой глазами дракона. Произнесла заклинание — и чудище застыло, а затем опустило голову на землю и уснуло. Ясон взобрался на бук и освободил от пут золотое руно. Оно испускало красноватый свет и было слишком велико, чтобы Ясон смог унести его на плечах. Золотое руно освещало землю на протяжении всего пути беглецов от рощи до «Арго».

На борту корабля всем хотелось потрогать золотое руно руками, но Ясон запретил и прикрыл светящуюся шкуру огромным покрывалом. Не было времени на восторги и торжество. Ясон и царская дочь не без оснований полагали, что царь Ээт приложит все силы, чтобы вновь заполучить бесценное сокровище. Аргонавты тут же подняли паруса и заторопились вниз по течению реки в открытое море. Приключения продолжались.

Царь Ээт даже и не думал выполнять свое обещание. Он послал в погоню целую флотилию и приказал догнать Ясона и аргонавтов. Корабли Ээта достигли земель туземцев, еще ни разу не видавших подобной армады, а посему решивших, что это морские чудища. (Для знатоков: аналогичная история описывается в эфиопской «Книге царей», «Кебра Негест». Там Бай-на-лехким похищает у своего отца, царя Соломона, величайшее сокровище того мира. Соломон посылает в погоню за похитителем своих воинов, повелевая им возвратить украденное. Начинается охота, — отчасти на летающих средствах передвижения, — что приводит «ловцов» из Иерусалима в [нынешний] город Аксум в Эфиопии.)

После незначительных приключений, описанных по-разному в нескольких вариантах «Аргонавтики», «Арго» добирается до Янтарного острова. Говорящая рея в носовой части корабля предостерегает их, сообщая, что следует опасаться мести Зевса («…в то время послышался отчетливый голос корабельной реи…»). Бог-отец был в ярости из-за того, что Ясон ненароком убил брата своей возлюбленной. Причем произошло это не из-за ревности, а только потому, что сама Медея плела интриги. Впоследствии Ясон очистится от греха за это убийство, и отец всех богов Зевс будет удовлетворен. На различных островах и во многих землях аргонавты возводят алтари и памятники. Рано или поздно, но «Арго» входит в «реку Эридан…». И вот тут упоминаются удивительные вещи:

«…Здесь в море глубокое упал с колесницы солнечной Фаэтон, опаленный пламенеющим молнии лучом; еще сейчас разит там серой… не пролетают птицы, раскинув крылья над той водой…»

Речь действительно идет о странных вещах. История Фаэтона и его солнечной колесницы стара как мир и во временном отрезке никак не зафиксирована. Римский поэт Овидий в своих «Метаморфозах» тоже упоминал об этом случае [29], вот только жил Овидий с 43 г. до Р.Х. по 17 г. после Р.Х., а «Аргонавтика» была известна уже века. Согласно легенде, Фаэтон был сыном бога солнца Гелиоса. В один прекрасный день Фаэтон навестил отца на небосводе и попросил его выполнить одно желание. Дело в том, что земляне не верили Фаэтону, будто он — отпрыск бога солнца. Поэтому юноша хотел прокатиться на солнечной колеснице. Отец пришел в ужас и принялся заклинать своего отпрыска отказаться от безумной затеи. Для управления солнечной колесницей необходимы особые познания, каковых у Фаэтона, конечно же, не было. Как и при любом конфликте двух поколений, юноша не желал внимать предостережениям отца. Ведь отец сам пообещал исполнить любое желание сына. Вот так и были впряжены в колесницу огненные кони.

Солнечная колесница неслась в небесах, но вскоре кони почувствовали, что править колесницей возница не может. Лошади перестали повиноваться, взмыли высоко в поднебесье, а затем на огромной скорости понеслись к земле. Летательный аппарат трясся, божественная колесница окончательно вышла из-под контроля. Кони несли то в направлении небес с неподвижными звездами, то в неведомые воздушные пространства. В конце концов солнечная колесница начала опускаться все ниже к земле. Вода закипала, а леса и землю охватил пожар. Воздух в небесном средстве передвижения становился все горячее и горячее, Фаэтон задыхался. Когда пламя перекинулось на его волосы и тело, ему не оставалось ничего иного, как выпрыгнуть из колесницы. Тело юноши упало в реку Эридан. Там оплакивали его сестры-гелиады. И оплакивали они Фаэтона столь долго, что слезы их превратились в янтарь, который находят сейчас по берегам реки. Небесная колесница, разбрасывая повсюду искры, упала в океан.

Сегодня легенда о Фаэтоне рассматривается как аллегория с двойным смыслом. С одной стороны, в ней говорится о солнце, способном опалить своим жаром всю землю, а с другой — о самоуверенном юнце, который считает, что может делать все не хуже своего отца. Правда, я сомневаюсь, что история о Фаэтоне изначально задумывалась ее рассказчиками только как притча. Слишком уж много в ней элементов, логичных с самого начала и демонстрирующих параллели с сегодняшней технологией космонавтики. Это относится и к другим частям «Аргонавтики».

И уж никак не назовешь обычным, что в рассказе тысячелетней давности лавируют против ветра амфибии. Вот что сообщает об этом Аполлоний:

«…из моря выскочил на землю конь величины небывалой. Грива золотая, голова гордо вскинута, стряхнул он тут же пену соленую с тела. Поскакал потом, ногами перебирая, со скоростью ветра…»

Поразительно! Жеребец-амфибия должен был, вероятно, быть конем Посейдона. Посейдон считался богом морей и основателем Атлантиды. Однако об этой истории мы поговорим позже. Что же произошло на этот раз? Является ли происшествие с конем Посейдона чем-то необычным, что выпало увидеть одним только аргонавтам? Да вовсе ж нет.

В Библии, в Книге пророка Ионы (Ион 2:1) можно прочитать о том, что Иона провел три дня и три ночи во чреве кита. Теологи считают, что это следует понимать как пророчество, так как здесь символически говорится о трех днях смерти Иисуса перед его воскрешением. Абсурднейшее заявление! В III томе «Сказаний иудеев с доисторических времен» [30] мы узнаем еще больше. Там описывается, что Иона вошел в зев рыбы, «как человек, вступающий в покои». Должно быть, редкий то был экземпляр рыбы, потому что глаза ее были «как окна и светились изнутри». Разумеется, Иона мог беседовать с рыбиной, а благодаря ее глазам — бортовым иллюминаторам — он узнавал в «свете, сияющем, словно солнце в полдень» обо всем, что творилось в глубинах океана и на дне морском.

Параллели доисторической подлодке Ионы обнаруживаются в вавилонских «Сказаниях Оаннеса». В 350 г. до Р.Х. вавилонский жрец «выпустил в свет» три произведения. Святого человека звали Берос, служил он своему богу Мардуку. Первая книга, «Вавилоника», рассказывала о сотворении мира и звездного неба, второй том был посвящен царствам, а третий оказался историческим повествованием. Книги Бероса сохранились только фрагментарно, однако другие античные историки довольно часто цитируют их, например, римляне Сенека и Иосиф Флавий, современник Иисуса. В первые века после Р.Х. о Вавилонии писал Александр Полигистор Милетский. Так что некоторые отрывочные фрагменты из произведения Бероса все-таки пережили тысячелетия.

Этот вавилонский жрец среди всего прочего описывал также курьезное существо, появившееся из моря и звавшееся Оаннес. Появилось оно из Эритрейского моря на границах Вавилонии. Чудище явилось в образе рыбы с человеческой головой, человеческими ногами, рыбьим хвостом и речью человека! Дни напролет этот самый Оаннес беседовал с людьми, не нуждаясь в пище. Он обучил землян письменности и наукам, а также показал, как строить города и возводить храмы, как устанавливать законы и размежевывать землю, — короче, научил всему, что необходимо человеку. С тех пор люди не изобрели ничего нового, что могло бы превзойти учение Оаннеса. А на прощание Оаннес передал людям книгу своих наставлений.

Неплохо, эдакий Учитель из вод морских. Обычная рыба, даже очень большого размера, книг, конечно, не пишет и с людьми о различных премудростях не беседует. Конечно, легенду об Оаннесе можно легко развенчать и назвать сказкой, как это и случается со всеми необычными историями. Да вот только подобный наставник присутствует в сказаниях и других народов древности. У персов Учителя из воды звали Ома [31], у финикийцев — Таут, и даже во времена китайского императора Фук-Чи чудища с головами лошади и дракона появлялись из морских глубин на свет божий. Это были очень странные существа, раз на их головах блистали письмена [32].

Да и лошадка-амфибия в «Аргонавтике» оказалась существом говорящим. Находящиеся на «Арго» герои добрались до озера, у которого не было выхода к морю. Команде пришлось буксировать корабль по суше — вероятно, на деревянных катках. В конце концов пожертвовали треножником, полученным Ясоном в Дельфах, и вновь увидели амфибию. Звали существо Эври-пилом, был он одним из сыновей Посейдона. Сначала Эврипил явился в образе красивого дружелюбного юноши, с которым запросто можно было поговорить. Он пожелал аргонавтам доброго пути, указал верную дорогу и, взяв треножник, направился к морю. Потом схватился за киль «Арго» и потянул корабль в волны пролива:

«…Дар понравился богу, и явилась из вод фигура, что была присуща ему… он схватился за киль „Арго“ и осторожно повел к морю… Нижняя часть его тела раздвоилась на два рыбьих хвоста. Ударил хвостами острыми, лунным серпом казавшимися, по водам пролива и повел „Арго“ дальше, пока не добрались они до моря открытого. И там погрузился в пучины морские. Герои крик громкий подняли, видя чудо такое…»

«Крики» аргонавтов вполне понятны. Когда земные силы не помогают, должны прийти на помощь силы сверхъестественные. Далее друзья Ясона вели корабль и, минуя многие земли, приближались к родине. На высотах Крита они решили пополнить свои запасы воды, однако им мешал Талое, тот самый робот, о котором я уже упоминал в предисловии настоящей книги. У Талоса было металлическое, неуязвимое тело. Он описывается как «бронзовый гигант» [17] или существо, чье «тело покрыто медью» [14]. Аполлоний пишет, что Талое трижды в год кружил вокруг острова, однако все остальные авторы античности утверждают, что «трижды в день» [33]. Магическими своими глазами он пеленговал любой корабль, приближающийся к Криту. Потом обстреливал с большой дистанции, метая камни точно в цель. Он мог излучать жар такой силы, что тот сжигал суда. Создал Талоса бог Гефест, который был сыном Зевса. Римляне почитали его как бога огня и переименовали в Вулкана. У греков Гефест тоже считался богом огня, а также покровителем кузнецов.

Как робот Талое попал на Крит? Сам Зевс подарил его своей возлюбленной — прекрасной Европе, жившей вместе с ним на острове Крит. А что было раньше? Здесь все миф и ничего нельзя сказать достоверно. Греки считали, что Европа была дочерью царя Тира. Девушка часто играла с животными, и тут Зевс обратил внимание на красавицу. Всемогущий Зевс превратился в молодого, очень красивого бычка, и в конце концов Европа забралась к нему на спину. Этот бык тоже был своего рода амфибией, потому что как только Европа заняла место, он нырнул в воды морские и вместе со своим прекрасным грузом отплыл на Крит. Там бык вновь превратился в мужчину, там он любил Европу. Однако боги так непостоянны в любви. Дела божественные требовали у Зевса покинуть Крит, и на прощание он подарил своей возлюбленной Талоса. Робот должен был охранять остров от непрошеных гостей.

Пусть и неуязвимый, Талое все же имел свою «ахиллесову пяту». Суставы его, покрытые загрубелой кожей, были скреплены бронзовыми гвоздями (или золотыми болтами). Если эти соединения изнашивались, из отверстий начинала течь бесцветная (а у других античных писателей — гнойная или белая) кровь, и Талое терял свою подвижность.

Ясон и аргонавты попытались приблизиться к Криту, однако робот обнаружил «Арго» и открыл по нему прицельный огонь. И вновь помогает Медея, теперь уже супруга Ясона, заявившая, что знает волшебство, способное парализовать Талоса. Аполлоний пишет:

«…с большим желанием встали бы они на якорь у Крита, да Талое, человек железный, запретил благородным корабль канатом к свае прикреплять. Ибо бросал он в них каменьями. Талое был из племени железных смертных… полубог, получеловек. Юпитер дал его Европе, чтоб остров охранял. Трижды в год обходил он ногами железными весь Крит. Железным и неуязвимым тело его было, вот только в жилах его кровь текла. Здесь граница смерти пролегала…»

Аргонавты торопливо отплыли из зоны бомбардировки в открытое море. Тут Медея начала творить магические заклинания и призывать духов бездны, «кои, волшебству послушны, в воздухе мелькали». И так околдовала она Талоса, что стали ему являться образы вымышленные. Введенный в «заблуждение», Талое бросился на скалы, и из поврежденной жилы потекла кровь, словно жидкий свинец:

«…И хотя был железным он, повергло колдовство его… ударился лодыжкой он об острый камень, заструилась кровь расплавленным свинцом. Не мог стоять он доле, покачнулся, так на горы вершине ель падать начинает… Но поднапрягся он еще раз и поднялся на ноги могучие. Да ненадолго, и с грохотом упал…»

Талое судорожно пытался вновь подняться и, в конце концов, упал в море.

Теперь «Арго» мог беспрепятственно «бросить якорь» у берегов Крита. Правда, ненадолго: аргонавты спешили домой, ведь у них был на борту трофей — золотое руно. После непродолжительной остановки на Крите они вновь вышли в море, и неожиданно их накрыла мгла. Пропали звезды на небе, казалось, корабль попал в подземный мир. Воздух почернел, как воронье крыло, нет серпа луны на небе и ни единой звездочки, ни зги не видно. Ясон взмолился о помощи к

Аполлону, чтобы тот не оставил в беде. Он пообещал принести в храм божества у себя на родине множество щедрых даров. Тогда Аполлон спустился вниз с небес и осветил окрестности яркими стрелами. Благодаря их свету аргонавты увидели маленький остров, к которому им и удалось пристать. Здесь герои соорудили святилище в честь Аполлона, а остров назвали «Анафе».

Конец истории рассказывается быстро.

«Арго» миновал множество греческих островков и без проблем добрался до порта Пагасы, откуда когда-то и началось путешествие. Ясона и его команду встретили как истинных героев. А затем последовали сплошные семейные интриги. Ясон уделял слишком много внимания юной любовнице, что не понравилось его супруге Медее. Она отравила детей, заколдовала соперницу, любовницу Ясона, и тогда он в отчаянии пронзил себя мечом. Самоубийство при помощи харакири — не лучший выход из положения для богоподобного героя.

Ну а что случилось с золотым руном? В какой крепости спрятано руно летающего овна? Кто пользовался им? Появилось ли золотое руно хотя бы еще раз на исторической сцене? В каком музее можно полюбоваться греческим вариантом ковра-самолета? Ведь самый великолепный заплыв античности состоялся только благодаря золотому руну. Эта вещь должна была представлять небывалую ценность для нового владельца. Но ничегошеньки не найти в литературе. Следы золотого руна теряются в глубине веков.

Многие авторы и блистательные историки античности брались за сюжетную нить аргонавтов: что-то присочинили, а что-то упустили из виду. А современные историки и исследователи настоящего пытались даже проследить маршрут «Арго».

Куда плыл корабль? Где конкретно разыгрывались описанные в мифе приключения? На каких островах, на каких берегах и горах можно отыскать памятники и алтари, поставленные аргонавтами? Аполлоний в своей «Аргонавтике» часто дает точные географические данные, которыми снабжены многие сопроводительные описания. Мне придется привести несколько примеров, иначе будет трудно понять, о чем бы я хотел поговорить далее. Обратите внимание, насколько детально и часто даже по-бухгалтерски точно, Аполлоний «занимается географией»:

«…на Пифо, в Ортигена равнины… они плыли, ветром осчастливленные, по внешнему рогу вдоль мыса Тузая… за ним исчезала темная земля Пеласгов…

Оттуда проплыли они мимо Мелибоа, видели побережье, волнами изъеденное. С восходом солнца узрели Гомола… Вскоре достигли вод Амирегса, в устье. Потом пред лицом их возникла Эвримена равнина, глубокие пропасти Олимпа и Осса.

^ Дальше Канастра… В сумрачном свете предстала пред взглядом Атоса вершина, что тенью покрыла остров Лесбос…

пока вновь не достигли брегов Долиона… Здесь глазам их предстали утесы Макриада. Ветрам всем открытое устье Босфора, холмы Мисейские по другую сторону потока Эзапса и Непейи…

к гостеприимному устью реки Каллихора. Здесь было то место, где Бахус оргии праздновал, от индийских народов героем вернувшись…

Явились потом на землю ассирийскую…

первые света лучи пали на горы Кавказа заснеженные…

Правили тогда Девкалиды землею Пеласгов. Но земля Египта, матерь древнейшая рода людского, была уж покрыта славой дурною…

закрепили за сваи канаты в земле Гиллера. Немало островов тут лежало, меж ними опасно было плыть кораблям…

Ирис спустилась вниз с Олимпа, крыльями воздух вздымая, летела к Эгейскому морю…

^ Здесь Сцилла вздымалась из вод… там ревела Харибда…»

Все эти наугад выловленные из текста примеры доказывают, что Аполлоний прекрасно знал, в каких частях света происходили приключения героев «Арго». Были известны не только реки, острова или побережье земель, но и моря, и такие горные массивы, как Кавказ. Так неужели же трудно, имея такие подробные географические описания, проследить путь «Арго»?

Конечно же, проследили, — правда, с поразительно непохожими результатами. Французские профессора Эмиль Делаж и Франс Вийан составили четыре карты [12, 34], согласно которым Ясон и его команда проследовали от Кавказа на восток Черного моря по реке Истре (современный Дунай), высадившись после перехода по ее притокам в Адриатике. В Поэбене множество больших и малых рек. Каким-то образом аргонавтам удалось по этим водным артериям объехать Альпы, побывать на Рейне и добраться до Роны. Где-то в районе сегодняшнего Марселя они вновь вошли в Средиземное море и прошли проливом Мессина (предположительная Сцилла и Харибда). В конце концов аргонавты отправились на восток в направлении (сегодняшних) Ионических островов, а потом взяли курс на юг, в Ливию. Оттуда, с заездом на Крит, вернулись домой. Ну а где же то место, где рухнула небесная колесница Фаэтона? Оказывается, не так далеко от западной швейцарской границы, в Marais de Phaethon, Топях Фаэтона. Вероятно, мне следовало бы отправиться туда с современным металлоискателем.

Еще более точные карты путешествия аргонавтов предоставляют Рейнгольд и Стефани Глей [35, 36]. У меня с этой скрупулезной работой была только одна маленькая проблема. Как удалось с реки Истра, Дуная, попасть в Адриатику, а оттуда по реке Эридан — в Поэбене — на Кельтские озера в сегодняшней Франции? Ведь в случае с «Арго» речь идет не о надувной резиновой лодочке, а о самом крупном судне того времени с пятьюдесятью душами на борту. Не исключено, конечно, что тогда были такие водотоки, которых сегодня и в помине больше нет. Тогда возникает вопрос о изначальной дате написания «Аргонавтики». В какие геологические эпохи существовали судоходные водные артерии, на месте которых сегодня простирается суша?

Генеральный консул Франции, месье Р. Руа, сравнивает странствия Одиссея, подробно описанные греческим поэтом Гомером, с «Аргонавтикой» [37].

«Никогда не следует забывать о проведенных Страбоном строгих отличительных признаках: Одиссея подразумевает западный Океан, а аргонавты — восточный. Аргонавты прогулялись по миру». («И ne faut jamais oublier la tres exacte discrimination de Strabon: l'Odyssee c'est le cote de l'Ocean occidental; les Argonautes, c'est le cote de l'Ocean oriental. Les Argonautes representent un monde»).

И совершенно иначе видит все Кристина Пеллех [38]. В своем подробном исследовании она сравнивает странствия Одиссея с «Аргонавтикой», чтобы потом сделать выводы, что «Одиссея» представляет собой «поддиапазон путешествия аргонавтов». А Одиссей, мол, в действительности предпринял кругосветное плавание — за тысячелетие до Колумба. Госпожа

Пеллех придерживается взгляда, что египтяне пользовались финикийскими источниками, «и этот финикийско-египетский конгломерат был в свою очередь позаимствован греками». Сюжет «Аргонавтики», как и «Одиссеи», позаимствован в Египте, пишет госпожа Пеллех, и обосновывает это тем, что Аполлоний Родосский вырос в Александрии, посещал тамошнюю библиотеку и окончательно «повернулся к Египту спиной» после ссоры со своим учителем.

Доводы Кристины Пеллех можно счесть чистым и хорошо аргументированным исследованием, ей удалось идентифицировать бесчисленные остановки того путешествия с определением мест в отдаленных областях мира. Но, несмотря на все это, вопросы по-прежнему остаются.

Все замечательные и скрупулезно составленные объяснения различных ученых могут оказаться макулатурой. Ведь с большинством географических данных Аполлония логически согласиться никак невозможно. Есть ли вообще шанс объяснить их? Допустим, мы согласимся, что Аполлоний и впрямь позаимствовал основу легенды об аргонавтах в Египте и «перенес» ее в Грецию. Предположим, потом он вчувствовался в путешествие своих героев и добавил в эту историю географические подробности. В таком случае, Аполлоний отлично знал тот греческий мир, все реки, побережья и горы Греции. Но даже при подобном взгляде на данный вопрос сложностей не убавится. Как тогда объяснить следующий пассаж Аполлония [14]?

«…так сидели они на скамьях своих, освобожденные от цепей Аргуса. Изо всех сил хлестал прилив; вечером подошли к острову Атлантидн. Орфей пылко просил их, дабы не отвергали они торжества острова небольшого, таинства его, права, обычаи, произведенья священные. Так смогут снискать они любовь небес в море опасном…»

Не забывайте, что Атлантида была островом бога Посейдона, двое сыновей которого тоже плыли на «Арго», а амфибии, появлявшиеся из морских глубин, были творениями Посейдона. Однако откуда Аполлонию известно об Атлантиде, если, конечно, это она имелась в виду под словом «Атлантидн»? Он пишет о торжествах, которые не следует отвергать, а также о таинствах, правах и обычаях. И, — не минуя на своем предыдущем пути ни единой географической малости, — на этот раз почему-то не отваживается детальнее поговорить о подобных вещах. Здесь что-то не так. (Я попрошу вас потерпеть немного, к истории с Атлантидой я вернусь чуть позже.)

А было ли оно вообще, то самое путешествие «Арго»? До тех пор, пока не обнаружатся более древние источники, чем те, что сейчас имеются у нас, мы этого никогда не узнаем наверняка. И тем не менее я, стреляный воробей богов, 40 лет идущий по их следам, убежден в том, что многие элементы «Аргонавтики» так просто не придумаешь. Фантазия — это нечто прекрасное, люди с удовольствием фантазировали несколько тысячелетий назад. Однако фантазии не возникают из Ничего. Их порождают изначальные события, непонятные происшествия, загадочные вещи, которые не вмещаются в рамки разумного.

Сегодня мы пытаемся понять фантазии предков с точки зрения психологии и делаем это по старым, привычным схемам. Мы пытаемся все объяснить природными явлениями, такими, как гром и молния, звезды, тишина и бесконечность, извержения вулканов и землетрясения. К тому же приступая к обоснованию своей интерпретации текста, каждый ученый продолжает мыслить в рамках только своего Настоящего. Так называемый дух времени затуманивает нам обзор и повелевает быть «благоразумными» и «сознательными». По «Аргонавтике» мой дотошный секретарь притащил мне в кабинет 92 книги из университетской библиотеки г. Берна. Как обычно, тонешь в комментариях, без конца сочиняемых учеными мужами любой эпохи, — но никто из них не знает, что истинно. И каждый приводит свои особые аргументы.

У меня, по крайней мере, каркас мыслей остается одним и тем же постоянно — в опубликованных с 1968 года 24 книгах. Все, что я пытаюсь сделать, так это отыскать новые аргументы, подтверждающие мои первоначальные теории. При этом мозаика складывается все лучше, картинка, проступающая на ней, становится все выразительней. Причем я, конечно же, и не спорю, что у моей теории есть свои пробелы, что она уязвима и что многое в ней можно объяснить иначе. Только, ну-ка скажите мне быстро: что, в конце концов, есть правда, а что — неправда? Корректен ли был анализ текстов за прошедшие 100 лет? Убедительны ли выводы? Демонстрируют ли они, — как, естественно, считает само научное сообщество, — картину фундаментальных знаний? Или же все это (что тоже можно научно доказать) следует интерпретировать только как аргументы своего времени — и не больше?

Именно это умозаключение можно разгромить «на ура». Чем занимается Эрих фон Деникен, как не истолкованием тех или иных вопросов в полном соответствии с духом своего времени? Однако не пора ли нам понять, что мы — всего лишь живая соринка в универсуме, что мир и космос куда фантастичней, чем уверяют нас наши школьные мудрецы? Неужели мы не должны перепрыгнуть собственную тень и в связи с такой полнотой материала (а я знаю о 24 книгах по данной теме) согласиться, что в древней человеческой истории что-то может быть не так? Что ученые недалекого прошлого заблуждались, потому что заметали под ковер тысячи улик, не желая принимать их к сведению? У меня есть одно преимущество: мне известны аргументы всех этих интерпретаторов — а вот они о моих не знают.

Мне не доставляет ни малейшего удовольствия повторять свои теории, однако для новых читателей придется коротко повториться.

Когда-то, много тысяч лет назад, на землю прилетел инопланетный корабль. Наши предки только-только слезли с деревьев и не понимали, что за спектакль перед ними разыгрывается. Никакими технологиями они не владели и, конечно же, ничего не понимали в технике космических кораблей. Представители внеземной цивилизации казались им «богами», хотя все мы знаем, что никаких богов не существует. Сначала группы инопланетян изучали людей, как это сегодня делают этнологи. Тут и там давали они советы по созданию упорядоченной цивилизации. Языкового барьера между людьми и богами не существовало. Во-первых, потому, что наша цивилизация именно так и создавалась, чтобы понимать совершенно незнакомые языки, а, во-вторых, потому, что, по всей видимости, первая группка Homo sapiens получила свой язык от «богов».

Затем начались ссоры и даже бунт в среде инопланетян. Мятежники нарушили законы своего родного мира и своей космической команды. Занимались сексом с симпатичными дщерями человеческими, а результатом такого полового слияния стали мутанты: огромные монстры, титаны правремен. Другая группа инопланетян занималась генетическим дизайном. Они создавали невероятных существ разных видов. Вот тогда-то жуткие творения типа Франкенштейна были реальностью. А потом «материнский» межгалактический корабль с «хорошими инопланетянами» исчез в просторах Вселенной. Конечно, после предварительно данного обещания вернуться.

Оставшиеся на земле «боги» то и дело ссорились друг с другом. Они все еще владели частью первоначальных технологий и сохранили определенные знания. «Боги» знали, к примеру, как ковать железо, смешивать сплавы, изготавливать страшное оружие и роботов; они знали, как заставить летать шар с горячим воздухом или использовать солнечные батареи. Оставшиеся на Земле «боги» нарожали детей и, разумеется, передали своим потомкам некоторые из технических знаний.

Отпрыски «богов» обосновались в разных местах Земли, которыми управлял кто-то один или весь род. Своих верноподданных — обычных людей, они, как правило, нещадно эксплуатировали, используя их как рабочих животных, как добытчиков пищи, как полезных идиотов. В то же время «боги» делали много чего нужного и хорошего в роли управляющих (царей). «Боги» внимательно следили за своими подданными. «Кроме меня, у тебя не должно быть никаких других богов», — так звучал самый первый и основной их закон. И когда начинались войны, «боги» нередко поддерживали страшным оружием своих «подзащитных». Часто сыновья богов и их потомки третьего и четвертого поколения воевали друг с другом.

Вот, в общем и целом, та теория, ради которой я свел воедино столько разных источников, из одного списка которых получилась целая книга [39], а из всего творческого наследия не только словарь [40], но и энциклопедия с CD-ROM’ом [41, 42]. Уж умолчим о сотнях книг, опубликованных по данной теме другими авторами. Можете не сомневаться, что мне известны все мыслимые и немыслимые контраргументы, — и давно сданы в архив.

Что может быть общего у «Аргонавтики» с пришельцами из космоса? Где те элементы, которые не способна породить фантазия людей, живших за несколько тысячелетий до нас? А я объясню это: речь идет не о фантазиях Аполлония и других греческих или римских поэтов, создававших свои повествования 2,5 тысячелетия назад. Сюжетная основа «Аргонавтики» появилась в то время, которое мы еще не знаем как историю — вероятно, потому, что все очень древние библиотеки были уничтожены. Быть может, в Египте найдут вскоре тайные сокровищницы?.. На что следует обратить внимание в «Аргонавтике»?

1. Участники путешествия являются отпрысками богов в третьем и четвертом поколении. Они наделены сверхъестественными способностями.

2. Описываются такие «гибриды», как кентавры, шестирукие великаны и крылатые «псы Зевсовы».

3. Богиня делает «Арго» непотопляемым.

4. Та же самая богиня оснащает корабль «говорящим деревом». Этот необычный кусок дерева, очевидно, был связан с каким-то аппаратом, потому что предупреждал путешественников о предстоящих опасностях.

5. Существо по имени «Главк», словно подлодка, появляется из воды и передает послание богов.

6. Скалы открываются и закрываются, как в сказке об Али-Бабе и 40 разбойниках («Сезам, откройся»)

7. Царь Финей описывает все грядущие опасности. Откуда такие знания?

8. «Башня» Ээта в городе Айа.

9. Бог (Аполлон) с шумом пролетает над кораблем. Он отправился в страну «гипербореев» с визитом к народам «иного рода».

10. Птицы метают смертоносные стрелы, но пугаются поднятого аргонавтами шума.

11. Благодаря «туману» богиня делает людей невидимыми для стражников.

12. Мазь придает сверхъестественные силы и создает жаро-отражающий щит.

13. Бессмертный дракон, который никогда не спит, не ест, все видит. Он способен издавать жуткий свист, изрыгать огонь.

14. Огнедышащие быки с ногами из металла.

15. Колесница богов, управление которой требует чрезвычайных знаний и опыта. Когда она приближается к земле, то опаляет ее, а пилот вынужден выпрыгнуть, потому что внутри колесницы — невыносимый жар.

16. Множество говорящих существ-амфибий.

17. Бог, освещающий ночь «стрелами света».

18. Металлический робот, охраняющий остров. Он метко обстреливает корабли, сжигает нападающих, а кровь у него напоминает жидкий свинец.

19. Женщина из рода богов, способная «ввести в заблуждение» этого самого робота «образами обманными».

Предположим, все это великолепная сказка, возникшая в голове мечтателя, а позднее рассказанная поэтами обществу. Значит, прочь все глупые вопросы? И нет вообще никакой «проблемы „Аргонавтики“»?

В сказках скрыт смысл, они о чем-то говорят, на что-то указывают. Древний сказитель рассказывал уже наполовину отшлифованную историю. Обрамляющее повествование кажется даже глуповатым: один или несколько человек надумали отправиться на поиски необычного и весьма ценного предмета. Этот предмет охраняется страшным чудовищем, а все в целом связано с богами.

Просто? Нет? И неважно, что это — сказочная поэма или любовная история со счастливым концом. Откуда все-таки чудовище из металла, пеленгующее корабли, обстреливающее их, излучающее жар и вдобавок ко всему имеющее кровь из жидкого свинца? Откуда-то же это появилось! Откуда, скажите, в том мире появился огнедышащий дракон? Да во всей истории земной эволюции для появления таких существ не было предусмотрено никаких возможностей. Или есть на это «архетипические объяснения» или какие-то рудиментарные правоспоминания? И почему — простите! — аналогичный «драконий мотив» встречается в сказаниях многих древних народов?

Древнейшие китайские мифы рассказывают о царях-драконах, спустившихся с небес на землю в седые правремена. И это не порождение фантазии или глупые сказки, потому что те же самые цари-драконы основали первую китайскую династию. Оружие землян не могло причинить никакого вреда драконам-императорам: они жили на небесах и летали на своих огнедышащих драконах. Летательные аппараты драконов-императоров сильно шумели, а основатель первой династии носил звание «Сына красного дракона» [43].

Речь идет не о мифологии, потому что образ изрыгающего огонь дракона на протяжении тысячелетий влиял на все китайское искусство вплоть до настоящего времени. И тот, кто упрямо возражает, что это невозможно, и мотив драконов следует понимать с точки зрения психологии, тот должен, вероятно, съездить в Пекин и оглядеться по сторонам на большой «красной площади». Ну-ка, что там находится? Храм императора Поднебесной!

До вас уже дошло, что же я хочу сказать? Да то, что во всех рассказах древнего мира речь идет не о легендах, сказаниях, мифах или фантастических сказках, а об одной и той же реальности. Любая отдаленная от нас на несколько тысячелетий действительность позволяет подвести фундамент под иную точку зрения — точку зрения времени.

1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11

Похожие:

Дэникен Именем Зевса (Греки Загадки Аргонавты) Предисловие iconЯблоки Гесперид (двенадцатый подвиг)
По всей Греции восхищались подвигами Геракла сына Зевса и смертной женщины. Геракл служил у коварного царя Эврисфея. По велению Зевса...

Дэникен Именем Зевса (Греки Загадки Аргонавты) Предисловие icon1. Образы богов: Зевса, Аполлона, Геры, Афины, Афродиты, Ареса в...
Роль и образы богов в «Одиссее»: Зевса, Афины, Посейдона, и так же низших богов и богинь

Дэникен Именем Зевса (Греки Загадки Аргонавты) Предисловие iconЭти странные греки Национализм и самосознание
«Xenos» по-гречески означает как «иностранец», так и «гость». Уже во времена Гомера гостеприимство в Греции не только было своеобразным...

Дэникен Именем Зевса (Греки Загадки Аргонавты) Предисловие iconС точки зрения литературы, поэзия преимущественно стихотворное словесное...
В дальнейшем греки выдвинули понятие стиха (stixos первоначально ряд, строй, затем строчка, стих), противополагая ему речь, ритмически...

Дэникен Именем Зевса (Греки Загадки Аргонавты) Предисловие iconМосква парвинэ 2003 оглавление
Предисловие А. Г. Пузановского к русскому изданию 14 Предисловие М. В. Хансена 16

Дэникен Именем Зевса (Греки Загадки Аргонавты) Предисловие iconАки Ра Моя жизнь Предисловие переводчика
Акира Куросаву. У аки Ры никогда не было имени, только клички, которые ему давали в разных армиях. Он решил, что прозвище Аки Ра...

Дэникен Именем Зевса (Греки Загадки Аргонавты) Предисловие icon1) в Др. Греции общегреческие празднества и состязания (езда на колесницах,...
Др. Греции общегреческие празднества и состязания (езда на колесницах, пятиборье, кулачный бой, конкурс искусств). Устраивались в...

Дэникен Именем Зевса (Греки Загадки Аргонавты) Предисловие icon5класс
Мифология. «Рождение Зевса», «Олимп», «Одиссея», «Ночь, Луна, Заря и Солнце», «Нарцисс»

Дэникен Именем Зевса (Греки Загадки Аргонавты) Предисловие iconТематический вечер, посвященный Дню матери
«ма-ма». И, почувствовав свою удачу, смеется счастливый ученик, сдавший все школьные экзамены, и его в будущую жизнь напутствует...

Дэникен Именем Зевса (Греки Загадки Аргонавты) Предисловие iconЗагадки и пословицы о книге загадки



Образовательный материал



При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
lit-yaz.ru
главная страница