И, полно! что за страх ребячий?




НазваниеИ, полно! что за страх ребячий?
Дата публикации03.02.2014
Размер71.2 Kb.
ТипВопрос
lit-yaz.ru > Литература > Вопрос
«ПРИСЛУШАЙСЯ – КАКОЙ ЩЕМЯЩИЙ ЗВУК…»*

На «Философию любви» Сергея Кузичкина

Сальери

И, полно! что за страх ребячий?

Рассей пустую думу. Бомарше

Говаривал мне: «Слушай , брат Сальери,

Как мысли черные к тебе придут,

Откупори шампанского бутылку,

Иль перечти "Женитьбу Фигаро"».

А.С. Пушкин. «Моцарт и Сальери»

С течением времени на многое научившись смотреть по-иному, переоценив, казалось бы, когда-то непреложные ценности, касающиеся в том числе и русского художественного слова, вслед за поэтическим опробовав и прозаический краешек своего литературного пера, я прихожу к выводу, что грань, искусственно проведенная нами между прозой и поэзией, является чисто условной гранью и хорошо сказанное прозаическое слово может без ложной скромности претендовать на роль слова поэтического. И, напротив, ничего поэтического не имеющее под собой поэтическое слово не может именоваться даже и прозою.

Кто он, этот уже широко известный даже и в красноярской литературной окрестности как издатель и литератор – и все же недостаточно, на мой взгляд, известный своей внутренней, глубинной сущностью человек, – Сергей Николаевич Кузичкин, – или просто (что, думаю, более пристало писательскому прозванию) Сергей Кузичкин?..

Уже несколько лет тому назад, видя неординарность натуры этого человека, хотел написать его литературный портрет, да все как-то не сходилось, откладывалось… А тут – во втором номере за 2009 год «Нового Енисейского литератора» прочел у этого автора его эссе не эссе, одним словом – литературно-философское изыскание «Философия любви» – и был не просто восхищен, а потрясен прочитанным!

Здравствуйте же, дорогой поэт и изыскатель! изыскатель самых дорогих – глубинных, чувственных человеческих руд, – расплавив и отшлаковав которые в горне своего поэтического воображения, выдаете вы на гора сверкающее свежим авторским чеканом великолепно сработанное русское слово!

Еще много лет тому, следя за литературным творчеством этого автора, как-то в беседе на четыре глаза я ему посоветовал сделать бóльшую ставку все-таки на прозаическую составляющую его творчества. И сегодня достоверно убеждаюсь, что тогда не ошибся!

Что услышал я за теми словами, точками и запятыми, из коих в конечном счете и рождается литературное произведении, – в «Философии любви» Сергея Кузичкина? А услышал я всего-навсего один единственный звук, – звук печали и неотзывчатой радости, бунта и смирения, крика и вслушивающегося в себя безмолвия такой близкой – и такой бесконечно отдаленной от нас души.

Плохо это или хорошо: по прочтении художественного литературного произведения – услышать всего-навсе этот один единственный звук? А что оставляет нам по прочтении своих произведений тот же Александр Пушкин? ну, хотя бы по прочтении вот этого стихотворения:

Не пой, красавица, при мне

Ты песен Грузии печальной…

По прочтении этих стихов заново рождается и начинает звучать самая душа поэта… И в звучании этом – и боль и радость, и надежда и отчаяние… одним словом, то, что и самое слово-то не может сколько-нибудь членораздельно выразить, а выразить может – один только этот звук, – звук души творца произведения.

Вот и я, прочтя нынче сочинение «Философия любви» Сергея Кузичкина – наткнулся своим сердцем на этот колеблющийся звук, не скажу музыку слова (бери выше), – музыку души!.. Которая, точно вздрагивающий под ударами била колокол, вбирающий в свои тона массу других музыкальных и немузыкальных звуков и перемалывающий их в единый подведомственный только ему одному звуковой хаос, отдает вовне – дробя уже на слышимые стороннему уху терции, – единый, благозвучный, всепроникающий звук…

А не напечатлеть ли нам, друзья (хотя это, может быть, пойдет несколько и вперебой литературоведческой направленности сочинения – зато, я думаю, освежит, встряхнет от ее дремистого сна иного незадачливого читателя, что, на мой взгляд, гораздо важнее), не только литературоведческий, но и художнический, ну не портрет, так хотя бы портретный набросок этого человека?

А росту он среднего, если едва ли чуть не поменьшего; как и все невысокие люди чрезвычайно строен и прям, походка легкая. В одежде опрятен и заметна тенденция к продуманной изысканности (галстука никогда не носит, по крайней мере, я не могу представить его в нем). Отложной ворот его рубашки как-то очень хорошо гармонирует с открытостью его лица, которое тоже очень трудно представить себе хмурым, не улыбающимся. Речь из его уст в дружеской беседе льется как веселый ручеек, иногда прерываясь тихим, располагающим к себе смехом. По натуре, как мне думается, он очень горяч и по-крупному может быть очень не сдержан, но, как и всякий воспитанный человек, держит это свое свойство в ежовых рукавицах. И еще одно чрезвычайно поразило меня при первом знакомстве с ним на собрании одного из литературных объединений Красноярска: читая тогда впервые перед этой аудиторией свои стихи и рассказывая о себе, он был как-то чрезвычайно открыт для совершенно незнакомых ему людей, – но, может быть, это по своей тогдашней журналисткой привычке. И все же нет, больше все-таки – по своей натуре, как позволяют сделать мне это мои последующие наблюдения. Да, слегка кудреват и темнорус. Рука же мягкая, барская, избегающая сколько-нибудь усильного физического труда…

Ну что же, – продолжим?

Я не склонен выискивать за авторами какие-то мелкие или даже, может быть, и крупные, на чей-то критический взгляд, литературные погрешности. Они, другой раз, только дарят меня легким оздоровительным смехом, оставаясь все же большей частию пищей литературных пародистов и профессиональных критиков, к каковым я себя, в общем-то, никогда не относил и относить, надеюсь, не буду. Просто, касаясь этой, коснувшейся и до меня литературоведческой страсти, не хочется иногда забывать слова Александра Сергеевича Пушкина, что односторонность в литературе бывает пагубна – и не только таланту.

Вот и Сергей Кузичкин, на мой взгляд, написал это сочинение на досуге, отдыхая душой от более серьезной, по его представлению, настоящей, романической работы. А настоящей писательской работой, как я понял к тому же и из его философско-литературного эссе, для него является, прорывающаяся все-таки и в эссе, ироническая проза… И надо сказать – что подставил Сергей Кузичкин свое литературное плечо под один, если не самый трудный, жанр, обитающий в нашей русской литературе.

А я-то думаю, что это Сергей Николаич – все Николая Васильича… Гоголя – чуть не постранично по памяти цитирует?..

Но мне кажется – тот факт, на который сетует в этом сочинении вызывающий живое человеческое сочувствие автор, – отсутствие в его жизни встречи с всепоглощающей человеческой страстью, то бишь любовью, – не есть ли незримая нам воля могущественного, всезнающего провидения… И неизвестно еще – произойди это столкновение двух стихий: собственного «я» автора с этой самой пресловутой, упорно ускользающей из объятий жаждущего духа любовью, – присутствовали ли бы мы при рождении этого художника, – мало того, не показался ли бы литератору Сергею Кузичкину и его нынешний редакторско-издательский жезл неподъемно тяжек… И, принимая эту, как мне кажется, жизнеспособную сентенцию во внимание, давайте на мгновение предположим, что на чаши жизненных весов у Сергея Николаевича Кузичкина положено следующее: на одной – любовь, «лю-бовь» ли, которой так трепетно жаждет его сердце, на другой – его литературное творчество и издательская деятельность, которую бы я выделил особо. И теперь, я обращаюсь ко всем тем, кто хотя бы единыжды напечатлел, то есть оставил оттиск своей души на страницах кузичкиновского альманаха: «Вы, уже вкусившие сладкоотравительный запах типографской краски, исходящий от собственных сочинений, вы – за любовь – для Сергея Кузичкина, или за его редакторство и издательскую деятельность в «Новом Енисейском литераторе»?.. – Ох!.. что-то я очень сомневаюсь, друзья, что наша вышепоименованная мною пишущая кагорта, не облившися исподу кровию сердечной (приняв в том числе и мою точку зрения по поводу издательского жезла), – проголосует в этом случае за любовь! хотя бы и для такого уважаемого, если не любимого ими человека.

Я, лично, первый кладу руку на сердце, и во всеуслышание заявляю: я – за литературу и продолжение издательской деятельности! Привожу аргументы в эту пользу. Некто, далеко искать не надо, Вильям Шекспир, в свое время сказал приблизительно следующее: «Истинная любовь расцветает всего только лишь один раз в сто лет – и всего навсего одна на всем земном шаре», в связи с этим, не знаю, на какие большие миллионы и миллионы людей… А один же – из неглупых древних римлян, Марциал (тоже, кстати, сатирик) как-то в своих бессмертных эпиграммах обмолвился: женщина бывает хороша только в двух ипостасях – на любовном ложе и смертном одре (да простится ему его жестокосердие!). Вот те после этого и гоняйся за ней – за любовью-то!

Но после этих, получившихся, может быть, несколько и шутливыми сентенций (чего я крайне не желал бы – а желал бы Сергею Николаичу поистине добра!), хотел бы я обратить и его ироничный взор, и взоры читателей все-таки на глубококолейную, серьезную сторону моих высказываний.

При всей, кажущейся обдуманности и иронической самоотстраненности автора в этом философски-лирическом сочинении, оно трогает, берет за живое сердце – все же своей безыскусственностью, какой-то проявившейся в нем человеческой беззащитностью самого автора. Даже несмотря на, конечно, известные ему, проверенные, наверное, неоднократно собственным жизненным опытом есенинские строки:

В грозы, в бури,

В житейскую стынь,

При тяжелых утратах

И когда тебе грустно,

Казаться улыбчивым и простым

Самое высшее в мире искусство…

эти улыбчивые приемы и жесты, как у одного (Есенина) – так и у другого (Кузичкина), остаются все-таки всего навсего придуманными, неумело выполненными приемами, через прорехи которых сквозит живая боль и горечь от недостижимого, которые, как бы и не хотел того автор, передаются слову – этому всепонимающему, умному и строгому утешителю и ценителю нас одновременно.

Вот здесь-то, из этого-то – и рождается этот чудный звук… рождается где-то далеко за словом, – неподвластен, независим от воли самого автора; неощущаем, непредугадан ни его собственным сердцем, ни его предвидением. Об этом же, только, может быть, чуть с другой стороны говорил некогда и Эдгар По: «И когда говорят о прекрасном, то подразумевают не качества как обычно предполагается, но эффект; коротко говоря, имеют в виду то полное и чистое возвышение не сердца или интеллекта, но Души».

Читаешь «Философию любви» Сергея Кузичкина, читаешь и перечитываешь, вот уже в который раз, и великих мастеров русского художественного слова, – и хорошо, крылато становится от этого прочтения на душе. Как косо вскинутый в небесную высь утренний парус, ловит она свежее дыхание, порывы и вздохи – а то и безбрежную немоту великого русского слова! Привольно-радостно клонится она вникь своим ветрилом, уловляя в него, как тоже, может быть, и нечто недвижущее, но прекрасно-необходимое – даже и самый этот щемящий звук, рождающийся им, остающийся по нем – необходимый для этого привольного скольжения по утреннему распутью волн.

______________

*Виктор Брюховецкий. Санкт-Петербург

03.06.2009

Добавить документ в свой блог или на сайт

Похожие:

И, полно! что за страх ребячий? iconВенера, очень хочется узнать Вашем мнение, почему люди испытывают...
Плохо всем: ребенку – что не удалось преодолеть страх, учительнице, которая не смогла «разговорить» старательного ученика; родителям,...

И, полно! что за страх ребячий? iconМетод проектов. Ведь этот метод не что иное, как попытка моделирования...
Пройдя такую цепочку, ребёнок становится гораздо более уверенным в своих силах, у него исчезает страх перед неизвестными ранее делами,...

И, полно! что за страх ребячий? iconСуицида внушает страх. Страх этот может быть еще большим, если ты...
Учитель начальных классов, Преподаватель культурологических дисциплин (специализация философия,религиоведение )

И, полно! что за страх ребячий? icon-
Оно совершенно, потому что полно любовью, исполняя наказ Христа: «Будьте как Отец ваш Небесный». Насельники там так же спокойны,...

И, полно! что за страх ребячий? iconЧеширский кот
Да нет, это совсем не то. Скорее, сердцебиение, даже если сердцебиение только симптом. Но страх – нет, сказал он себе, что за глупость,...

И, полно! что за страх ребячий? iconДраматургическая новелла в рамках театрального проекта “Страх мыльного пузыря”
Драматургическая новелла в рамках театрального проекта “Страх мыльного пузыря”. (1 декабря 2004 г состоялся показ в учебном центре...

И, полно! что за страх ребячий? iconЧудесное стечение обстоятельств
Но переживания, сопутствующие этому процессу, были так тяжелы, что только усиливали страх перед принятием очередного решения. Такой...

И, полно! что за страх ребячий? icon-
Прервался только с наступлением ночи, но уснуть не мог Все, о чем думал я, кратко и лаконично удалось сформулировать Вам. Огромное...

И, полно! что за страх ребячий? icon«Центр развития ребёнка – детский сад №15» Повышение уровня психолого...
Наблюдения, беседы показали, что у некоторых родителей проявлялся страх перед школьным обучением ребенка, неуверенность в том, что...

И, полно! что за страх ребячий? iconКраткая предсказательная астрология
«К. Э. М. Ф.» совместно с Авестийским астрологическим центром «арта» начинает издание познавательной астрологической литературы,...



Образовательный материал



При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
lit-yaz.ru
главная страница