1. Особенности развития русской литературы в последней трети 19 в




Название1. Особенности развития русской литературы в последней трети 19 в
страница6/28
Дата публикации16.07.2013
Размер3.7 Mb.
ТипДокументы
lit-yaz.ru > Литература > Документы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   28
Коля Красоткин заставляет “юного человеколюбца” высказать свою мысль до конца. “Карамазов! – крикнул Коля. – Неужели и взаправду религия говорит, что мы все встанем из мертвых и оживем и увидим опять друг друга и всех, и Илюшечку?
– Непременно восстанем, непременно увидим и весело, радостно расскажем друг другу все, что было, – полусмеясь, полу в восторге ответил Алеша” (2, 500). Роман заканчивается торжественным исповеданием веры в воскресение.
“Легенда о Великом Инквизиторе”
Разрушив идею грехопадения и возмездия, атеист должен уничтожить и идею искупления. В чем обвинить “Единого Безгрешного”? Богоборец, понимая сложность борьбы, представляет вместо логических доводов религиозный миф, действие которого происходит в Испании в XV веке. “Легенда о Великом Инквизиторе” – величайшее создание, вершина творчества Достоевского. Спаситель снова приходит на землю.
В Севилье в период разгула инквизиции, Он появляется среди толпы, и люди узнают Его. Лучи света и силы текут из его очей, Он простирает руки, благословляет, творит чудеса. Великий Инквизитор, “девяностолетний старик, высокий и прямой, с иссохшим лицом и впалыми щеками” (1,300), приказывает посадить его в тюрьму. Ночью он приходит к своему пленнику и начинает говорить с ним. “Легенда” – монолог Великого Инквизитора. Христос остается безмолвным. Взволнованная речь старика направлена против учения Богочеловека. Обвиняя Его, он оправдывает себя, свое духовное предательство. “Страшный и умный дух, дух самоуничижения и небытия” (1, 302) искушал Христа в пустыне, и Он отверг его. Инквизитор утверждает, что искуситель был прав. “Ты хочешь идти в мир, – говорил он Христу, – и идешь с голыми руками, с каким-то обетом свободы, которого они, в простоте своей и в прирожденном бесчинстве своем, не могут и осмыслить, которого боятся они и страшатся, ибо ничего и никогда не было для человека и для человеческого общества невыносимее свободы! А видишь ли сии камни в этой нагой и раскаленной пустыне? Обрати их в хлебы, и за Тобой побежит человечество, как стадо, благодарное и послушное...” (1, 303). Спаситель отверг совет злого духа, потому что не пожелал хлебом купить послушание, не пожелал отнять у людей свободу. Инквизитор пророчествует: во имя хлеба земного восстанет на Христа дух земли, и человечество пойдет за ним; на месте храма воздвигнется Вавилонская башня; но, промучавшись тысячу лет, люди вернутся к римской церкви, “исправившей” дело Христа, принесут ей свою свободу и скажут: “Лучше поработите нас, но накормите нас” (1, 304). Первое искушение в пустыне – пророческий образ истории человечества; “хлебы” – символ безбожного социализма; искушенью “страшного и умного духа” подпадает не только современный социализм, но и римская церковь. Достоевский был уверен, что католичество, рано или поздно, соединится с социализмом и образует с ним единую Вавилонскую башню, царство Антихриста. Инквизитор оправдывает измену Христу тем же мотивом, каким Иван оправдывал свое богоборчество, – человеколюбием. По словам Инквизитора, Христос ошибся в людях: “Люди малосильны, порочны, ничтожны и бунтовщики... Слабое, вечно порочное и вечно неблагодарное людское племя... Ты судил о людях слишком высоко, ибо, конечно, они невольники, хотя и созданы бунтовщиками... Клянусь, человек слабее и ниже создан, чем Ты о нем думал... Он слаб и подл” (1, 307). Так Христову учению о человеке противополагается учение антихристово. Христос верил в образ Божий в человеке и преклонялся перед его свободой; Инквизитор считает свободу проклятием этих жалких и бессильных бунтовщиков и, чтобы осчастливить их, провозглашает рабство. Лишь немногие избранные способны вместить завет Христа. Неужели же Он не подумал о миллионах и десятках тысяч миллионов слабых, которые не в силах предпочесть хлеб небесный хлебу земному?
Во имя этой же свободы человека Христос отверг и два других искушения – чудом и земным царством; Он “не захотел поработить человека чудом и жаждал свободной веры, а не чудесной” (1, 307). Инквизитор принял все три предложения “умного духа”. “Мы исправили подвиг Твой и основали его на чуде, тайне и авторитете... Мы взяли меч кесаря, а взяв его, конечно, отвергли Тебя и пошли за ним” (1, 309). Свобода приведет людей к взаимному истреблению и антропофагии... Но наступит время, и слабосильные бунтовщики приползут к тем, кто даст им хлеб и свяжет их бесчинную свободу. Инквизитор рисует картину “детского счастья” порабощенного человечества: “Они будут расслаблено трепетать гнева нашего, умы их оробеют, глаза их станут слезоточивы, как у детей и женщин... Да, мы заставим их работать, но в свободные от труда часы, мы устроим им жизнь, как детскую игру с детскими песнями, хором, с невинными плясками. О, мы разрешим им и грех... И все будут счастливы, все миллионы существ, кроме сотни тысяч управляющих ими... Тихо умрут они, тихо угаснут во имя Твое, и за гробом обрящут лишь смерть...” (1, 310, 311). Инквизитор умолкает; пленник безмолвен. “Старику хотелось бы, чтобы тот сказал ему что-нибудь, хотя бы и горькое, страшное. Но Он вдруг молча приближается к старику и тихо целует его в его бескровные, девяностолетние уста. Вот и весь ответ. Старик вздрагивает. Что-то шевельнулось в концах губ его; он идет к двери, отворяет ее и говорит Ему: “Ступай и не приходи более. Не приходи вовсе... Никогда, никогда!” И выпускает Его на “темные стогна града” (1, 314).
В чем же тайна Великого Инквизитора? Алеша догадывается: “Инквизитор твой не верует в Бога, вот и весь его секрет”. Иван охотно соглашается. “Хотя бы и так! – отвечает он.– Наконец-то ты догадался. И, действительно, так, действительно, только в этом и весь секрет...” (1, 313).
Символика “легенды” многопланова: на поверхности лежит обличении “антихристова” начала римской церкви и современного социализма. Достоевский был соблазнен фантастической идеей о том, что Вавилонская башня, воздвигаемая безбожным социализмом, будет увенчана Римом. Но это несправедливое и нехристианское осуждение католичества – только внешний покров религиозного мифа. Под ним скрывается глубочайшее исследование метафизического смысла свободы и власти.
Герой легенды Великий Инквизитор изображен с огромным искусством. Старик кардинал – лицо величественное и трагическое. Он отдал свою жизнь на самоотверженное служение Христу, на подвиг в пустыне – и вдруг на закате дней потерял веру. “Неужели же не довольно хоть одного такого, чтобы вышла трагедия?” (1,313) – спрашивает Иван. Действительно, потеря веры – глубочайшая трагедия Инквизитора: не веря в Бога, он берет на себя ложь и обман и принимает это страдание “из любви к людям”. Автор пренебрегает общедоступным оружием борьбы с атеизмом: он не изображает своего героя злодеем и извергом. Инквизитор – аскет, мудрец и филантроп. В этой концепции гениальное прозрение Достоевского. Антихрист выступает против Христа во имя Христова завета любви к ближним. Он выдает себя за Его ученика, за продолжателя его дела. Антихрист – лже-Христос, а не анти-Христос.
Автор “Карамазовых” представляет богоборчество во всем его демоническом величии: Инквизитор отвергает заповедь любви к Богу, но становится фанатиком заповеди любви к ближнему. Его могучие духовные силы, уходившие раньше на почитание Христа, обращаются теперь на служение человечеству. Но безбожная любовь неминуемо обращается в ненависть. Потеряв веру в Бога, Инквизитор должен утратить и веру в человека, потому что две эти веры неразделимы. Отрицая бессмертие души, он отвергает духовную природу человека. И сразу же человек превращается для него в жалкое, слабое и подлое существо, история человечества – в бессмысленное нагромождение бедствий, злодейств и страданий. Если человек – только земная тварь, то судьба его – действительно “дьяволов водевиль”; если люди “за гробом обрящут только смерть”, то воистину они “недоделанные, пробные существа, созданные в насмешку” (1, 311). Тогда для филантропа остается одна цель: облегчить этим несчастным созданиям их короткую жизнь, “устроить” на земле это непокорное стадо. Человеку дано только мгновение земной жизни, пусть же он проживет его в довольстве и покое. И Инквизитор устраивает “всеобщее счастье”: он накормит людей (“хлеб”), свяжет их бесчинную волю “ дом, тайной и авторитетом”, возьмет меч Кесаря и соберет малосильных бунтовщиков в единое стадо. Тогда воздвигнется великая Вавилонская башня и воссядет на звере блудница – и уже навеки. Иван утверждал, что без веры в Бога и в бессмертие нельзя любить человечество. Великий Инквизитор доказывает и это. Он начал с человеколюбия и кончил превращением людей в домашних животных. Чтобы осчастливить человечество, он отнял у него человеческое. Герой “Легенды” кончил идеей “безграничного деспотизма”.
Монолог Инквизитора – шедевр ораторского искусства; выводы логически следуют из предпосылок, заключения поражают своей неотразимостью; но отрицательная аргументация вдруг оборачивается положительной: обвинительная речь становится величайшей в мировой литературе теодицеей. “Легенда” завершает дело всей жизни Достоевского – его борьбу за человека. Он вскрывает в ней религиозную основу личности и неотделимость веры в человека от веры в Бога. С неслыханной силой утверждает он свободу как образ Бога в человеке и показывает антихристово начало власти и деспотизма. Без свободы человек – зверь, человечество – стадо; но свобода сверхъестественна и сверхразумна, в порядке природного мира свободы, есть только необходимость. Свобода – божественный дар, драгоценнейшее достояние человека. Ни разумом, ни наукой, ни естественным законом обосновать ее нельзя – она укоренена в Боге, раскрывается во Христе. Свобода есть акт веры.
Безбожные человеколюбцы отвергают Бога, так как в мире существует зло. Но зло существует только потому, что есть свобода. Под лживой жалостью к страданиям человечества таится дьявольская ненависть к человеческой свободе и “образу Божию” в человеке. Вот почему, начиная с человеколюбия, он и кончает деспотизмом.
“Легенда о Великом инквизиторе” заключает в себе “доказательство от противного”. Обвиняя Христа, Инквизитор произносит окончательный приговор своему антихристову делу. Он кончает “стадом” и Вавилонской блудницей. Молчание Христа таит в себе оправдание человека и утверждение его богочеловеческого достоинства. Хула на Христа превращается в Его прославление. Инквизитор упрекает Спасителя в том, что он возложил на человечество невыносимое бремя свободы, потребовал от него невозможного совершенства и, следовательно, поступил так, как будто и не любил его вовсе. А вот он, Инквизитор, действительно “возлюбил” людей: накормил, поработил и превратил в стадо. Достоевский делает величайшее духовное открытие: свободная личность человека раскрывается только во Христе; любовь к человечеству может быть только во Христе. Любовь к ближнему свойственна не падшей человеческой природе, а природе божественной. Человеколюбец – не человек, а Бог, отдавший Сына своего на спасение мира.
Достоевский думал, что в “Легенде” он обличает обман католичества и ложь социализма; по обличение его шло дальше и глубже. Антихристово царство Инквизитора строится на чуде, тайне и авторитете. В духовной жизни начало всякой власти от лукавого. Никогда во всей мировой литературе христианство не выставлялось с такой поразительной силой, как религия духовной свободы. Христос Достоевского не только Спаситель и Искупитель, но и Единый Освободитель человека.
Инквизитор с темным вдохновением и раскаленной страстью обличает своего Пленника; тот безмолвствует и на обвинение отвечает поцелуем. Ему не надо оправдываться: доводы врага опровергнуты одним присутствием Того, Кто есть “Путь, Истина и Жизнь”.
Иван кончил. Алеша спрашивает о дальнейшей судьбе Инквизитора. “Поцелуй горит на его сердце,– отвечает Иван, – но старик остается в прежней идее”.– “И ты вместе с ним, и ты?” – горестно воскликнул Алеша. Иван рассмеялся” (1, 314).
Да, Иван с Инквизитором, со “страшным и умным духом” против Христа. Путь богоотступничества и богоборчества он должен пройти до конца. Его идея “все позволено” реализуется в отцеубийстве Смердякова, “дух самоуничтожения и небытия” воплощается в “черте”. Знаменитая сцена кошмара Ивана – гениальное создание художника и философа. И в начале романа старец Зосима говорит “ученому брату”, что вопрос о Боге “еще не решен в его сердце и мучает его”.
9. Жанровое своеобразие и особенности реализма романов Ф.М. Достоевского
Творчество Достоевского внесло огромный вклад в развитие литературы, как русской, так и зарубежной.
     
     Достоевский явился основателем нового творческого метода в изображении человека. Д. впервые показал, что человеческое сознание амбивалентно (в его основе лежат противоположные начала, начала добра и зла), противоречиво.
     
     Д. стоит у истоков нового философского сознания, сознания религиозного экзистенциализма (эта теория отвергает теорию рационального познания мира и утверждает интуитивное постижение мира). Д. отстаивал позицию, что человек прозревает свою сущность в пограничных ситуациях.
     
     Славу Достоевскому принесли его романы – его «Пятикнижие»:
     
     «Преступление и наказание» (1866);
     
     «Идиот» (1868);
     
     «Бесы» (1871);
     
     «Подросток» (1875);
     
     «Братья Карамазовы» (1880-188).
     
     
     
     Особенности реализма Достоевского:
     
     1. Диалогизм повествования. Всегда присутствует спор и защита своей позиции (Иван и Алеша Карамазовы в «Братьях Карамазовых», Шатов и Верховенский в «Бесах», Раскольников и Соня Мармеладова в «Преступлении и наказании», князь Лев Николаевич Мышкин и остальное общество в «Идиоте»)
     
     2. Соединение философской основы с детективом. Везде есть убийство (старухи-процентщицы в «Преступлении и наказании», Настасьи Филипповны в «Идиоте», Шатова в «Бесах», Федора Павловича Карамазова в «Братьях Карамазовых»). За это критики все время упрекали писателя.
     
     3. По поводу реализма Достоевского говорили, что у него «фантастический реализм». Д. считает, что в исключительных, необычных ситуациях проявляется самое типическое. Писатель замечал, что все его истории не выдуманы, а откуда-нибудь взяты. Все эти невероятные факты – это факты из действительности, из газетных хроник, с каторги, где Достоевский провел в общей сложности 9 лет (1850-1859, с 1854-59 служил рядовым в Семипалатинске) и куда его сослали за участие в кружке Петрашевского. (Сюжет «Братьев Карамазовых» построен на реальных событиях, связанных с судебным разбирательством над мнимым «отцеубийцей» омского острога поручика Ильинского)
     
     4. В «Дневнике писателя» Достоевский сам определил свой метод как «реализм в высшей степени». Д. изображает все глубины души человека. Самое интересное – это найти человека в человеке при полном реализме. Чтобы показать истинную природу человека надо изобразить его в пограничных ситуациях, на краю бездны. Перед нами предстает пошатнувшееся сознание, заблудшие души (Шатов в «Бесах», Раскольников в «Преступлении и наказании»). В пограничных ситуациях раскрываются все глубины человеческого «я». Человек находится во враждебном ему мире, но без него он не может жить.
     
     5. Энгельгардт предложил назвать роман Достоевского идеологическим романом, т.к. в его романах присутствует конфликт идей. Сам Д. называл этот конфликт «pro et contra», имеется в виду «за» или «против» веры. В художественном пространстве романов Д. обычно присутствует конфликт 2-х идей: Раскольников – Соня Мармеладова; старец Зосима – Иван Карамазов.
     
     6. Вячеслав Иванов, определяя новую жанровое своеобразие романа Достоевского, назвал его произведения романом – трагедией, т.к. в его романах показана трагедия личности, одиночество, отчуждение. Перед героем всегда стоит проблема выбора, и ему самому надо решать, по какому пути он пойдет.
     
     7. Михаил Михайлович Бахтин, определяя структурную особенность романов Достоевского, говорит о полифонии (многоголосье). Полифонический роман Д. теперь противостоит ранее господствовавшему в русской литературе монологическому роману, где преобладал голос автора.
     
      Автор
     
      Принцип «Я есмь» - монологический роман
     
     Герой Мир
     
     А у Достоевского голоса автора не слышно, он находится наравне со своими персонажами. Звучат лишь голоса персонажей, им автор дает высказаться до конца. Позиция самого автора просматривается через высказывания его любимых героев (Алёша Карамазов, князь Мышкин). Никаких авторских отступлений, как у Льва Николаевича Толстого мы здесь не встретим.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   28

Похожие:

1. Особенности развития русской литературы в последней трети 19 в iconПланирование 10 класс Количество часов в год 170 Количество часов в неделю 5 I полугодие
Русская литература XIX века как самостоятельная часть мирового процесса. Основные этапы её развития. Особенности русской литературы...

1. Особенности развития русской литературы в последней трети 19 в iconНаправление «Филология (русский язык и литература)»
Русский силлабический стих последней трети XVIII – первой трети XIX вв и реформа русского стихосложения

1. Особенности развития русской литературы в последней трети 19 в iconУчебно-методическое пособие анализ произведений в мотивном и интертекстуальном...
Рассмотрение мотивики в контекстуальном аспекте углубляет представление о мироощущениях русских писателей и русской культуре последней...

1. Особенности развития русской литературы в последней трети 19 в iconМетатекстовые повествовательные структуры в русской прозе конца XVIII первой трети XIX века
Работа выполнена на кафедре русской и зарубежной литературы филологического факультета Томского государственного университета

1. Особенности развития русской литературы в последней трети 19 в iconКалендарно-тематическое планирование 10 2 класс
...

1. Особенности развития русской литературы в последней трети 19 в iconЛекция Историография как научная дисциплина Лекция Исторические знания в Древней Руси
Лекция 10. Историческая наука в России в последней трети XIX – начале XX вв.: общие тенденции развития, методологические поиски

1. Особенности развития русской литературы в последней трети 19 в iconНатурализм литературное направление, наиболее ярко себя проявившее...
Натурализм – литературное направление, наиболее ярко себя проявившее в последней трети 19 века, сформировавшееся в 1860-е годы. Можно...

1. Особенности развития русской литературы в последней трети 19 в iconСеминар «Русский классицизм 18 века»
Творчество В. К. Тредиаковского (особенности художественного мира, переводы, значение поэзии для развития русской литературы)

1. Особенности развития русской литературы в последней трети 19 в iconРабочая программа
Значение русской литературы для духовного развития современного общества. Русская литература как часть мировой литературы. Периодизация...

1. Особенности развития русской литературы в последней трети 19 в iconВопросы к экзамену Культурные реформы Петра I
Литературная культура последней трети XVIII века (социальные процессы и их влияние на литературную жизнь)



Образовательный материал



При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
lit-yaz.ru
главная страница