Габриэль Гарсиа Маркес Глава 1 о моих товарищах, погибших в море глава 2 гости смерти глава 3




НазваниеГабриэль Гарсиа Маркес Глава 1 о моих товарищах, погибших в море глава 2 гости смерти глава 3
страница1/9
Дата публикации16.01.2015
Размер0.87 Mb.
ТипДокументы
lit-yaz.ru > Астрономия > Документы
  1   2   3   4   5   6   7   8   9

ДЕСЯТЬ ДНЕЙ В ОТКРЫТОМ МОРЕ БЕЗ ЕДЫ И ВОДЫ

Габриэль Гарсиа Маркес


Глава 1
О МОИХ ТОВАРИЩАХ, ПОГИБШИХ В МОРЕ

Глава 2
ГОСТИ СМЕРТИ

Глава 3
МОИ ПОСЛЕДНИЕ МГНОВЕНИЯ НА БОРТУ «ЗВЕРЯ А НЕ КОРАБЛЯ»

Глава 4
СВИСТОПЛЯСКА НАЧИНАЕТСЯ

Глава 5
МИНУТА БЕЗМОЛВИЯ

Глава 6
^ У МЕНЯ НА ГЛАЗАХ ТОНУТ ЧЕТВЕРО МОИХ ТОВАРИЩЕЙ

Глава 7
ВСЕГО ТРИ МЕТРА!

Глава 8
ОДИН!

Глава 9
^ МОЯ ПЕРВАЯ ОДИНОКАЯ НОЧЬ В КАРИБСКОМ МОРЕ

Глава 10
БЕСКРАЙНЯЯ НОЧЬ

Глава 11
^ СВЕТ НАШ НАСУЩНЫЙ

Глава 12
ЧЕРНОЕ ПЯТНЫШКО НА ГОРИЗОНТЕ

Глава 13
^ У МЕНЯ ПОЯВЛЯЕТСЯ ТОВАРИЩ

Глава 14
МЕНЯ УВИДЕЛИ!

Глава 15
^ АКУЛЫ ПРИПЛЫВАЮТ РОВНО В ПЯТЬ

Глава 16
ТОВАРИЩ НА ПЛОТУ

Глава 17
^ СПАСАТЕЛЬНОЕ СУДНО И ОСТРОВ ЛЮДОЕДОВ

Глава 18
СЕМЬ ЧАЕК

Глава 19
^ ГОЛОД НЕ ТЕТКА

Глава 20
Я БЫЛ ПОКОЙНИКОМ

Глава 21
^ КАКИЕ НА ВКУС БОТИНКИ?

Глава 22
Я ВОЮЮ С АКУЛАМИ ИЗ-ЗА РЫБЫ

Глава 23
^ ЦВЕТ ВОДЫ НАЧИНАЕТ МЕНЯТЬСЯ

Глава 24
НАДЕЖДЫ УТРАЧЕНЫ... ДО СВИДАНИЯ В ЛУЧШЕМ МИРЕ!

Глава 25
^ Я ХОЧУ УМЕРЕТЬ

Глава 26
ТАИНСТВЕННЫЙ КОРЕНЬ

Глава 27
^ НА ДЕСЯТЫЙ ДЕНЬ ЕЩЕ ОДНА ГАЛЛЮЦИНАЦИЯ - ЗЕМЛЯ

Глава 28
ЗЕМЛЯ!

Глава 29
^ НО... ГДЕ ЗЕМЛЯ?

Глава 30
Я ВОСКРЕСАЮ В НЕВЕДОМЫХ КРАЯХ

Глава 31
^ СЛЕДЫ ЧЕЛОВЕКА

Глава 32
МУЖЧИНА, ОСЕЛ И СОБАКА

Глава 33
^ ШЕСТЬСОТ МУЖЧИН ПРОВОЖАЮТ МЕНЯ В САН-ХУАН

Глава 34
МОЙ ГЕРОИЗМ ПРОЯВИЛСЯ В ТОМ, ЧТО Я НЕ УМЕР

Глава 35
^ ИСТОРИЯ ОДНОГО РЕПОРТАЖА

Глава 36
ДОХОДНАЯ ИСТОРИЯ
О МОИХ ТОВАРИЩАХ, ПОГИБШИХ В МОРЕ

22 февраля нам объявили, что мы возвращаемся в Колумбию. Мы уже восемь месяцев торчали в порту Мобил, в штате Алабама, где ремонтировалось электронное оборудование и обновлялось вооружение нашего эсминца «Кальдас». Пока корабль чинили, члены экипажа проходили специальную подготовку. В свободные дни мы занимались тем, чем обычно занимаются на суше моряки: ходили с девушками в кино, а потом собирались в портовом кабачке «Джо Палука», пили виски и периодически устраивали потасовки.

Мою девушку звали Мэри Эдресс, меня познакомила с ней через два месяца после нашего прибытия в Мобил подруга другого моряка. Хотя испанский давался Мэри легко, она, по-моему, так и не уразумела, почему мои приятели называли ее «Мария Дирексьон», то есть «адрес». Всякий раз, когда мне давали увольнительную, я приглашал ее в кино, хотя она больше любила мороженое. Мы объяснялись на ломаном английском и исковерканном испанском, но всегда друг друга понимали: и в кинотеатре, и в кафе.

Только однажды я пошел в кино без Мэри — в тот вечер, когда мы смотрели «Мятеж на „Каине"». Моим товарищам кто-то сказал, что это отличный фильм о жизни моряков на тралере. Поэтому мы решили сделать просмотр. Но больше всего нам понравился не тралер, а шторм. Мы пришли к единодушному выводу, что в такую бурю следует менять курс корабля, как и поступили мятежники. Когда мы, потрясенные фильмом, возвращались на судно, матрос Диего Ве-ласкес сказал, имея в виду предстоящее плавание:

— А что, если и мы окажемся в такой переделке?

Признаюсь, я тоже был потрясен. За восемь месяцев, проведенных на суше, я отвык от моря. Бояться я не боялся, потому что инструктор научил нас, как надо себя вести во время кораблекрушения. И все же в тот вечер, когда мы смотрели «Мятеж на „Каине"», меня охватило странное беспокойство.

Я не хочу сказать, что уже с того момента предчувствовал катастрофу. Но если честно, то я впервые так сильно тревожился перед выходом в море. Ребенком я любил разглядывать картинки в книжках, но мне ни разу не пришло в голову, что в море можно погибнуть. Наоборот, я испытывал к нему огромное доверие. И, став моряком, никогда не волновался во время плавания.

Но не стыжусь признаться, что после «Мятежа на , „Каине"» мной овладело чувство, весьма похожее на страх. Лежа на самой верхней койке, я думал о моих родных и о том, как мы поплывем в Картахену. Я не мог заснуть и, подложив руки под голову, прислушивался к тихому плеску воды о мол и к мерному дыханию сорока матросов, спавших в одном помещении. Расположившийся на нижней койке, прямо подо мной, Луис Ренхифо храпел, как тромбон. Понятия не имею, какие он видел сны, но наверняка бедняга спал бы не так сладко, если бы знал, что через восемь дней будет покоиться на дне морском.

Я не находил себе места целую неделю. День отплытия приближался с угрожающей быстротой, и я пытался обрести поддержку в разговорах с товарищами. Эсминец «Кальдас» был готов к отплытию. В эти дни мы все чаще говорили о наших родных, о Колумбии и о том, что будем делать после возвращения. Мало-помалу мы нагружали корабль подарками для близких: радиоприемниками, холодильниками, стиральными машинами и, главное, электроплитами. Я вез домой радиоприемник.

Перед отплытием, так и не сумев побороть тревогу, я дал себе слово уйти из флота сразу же, едва вернусь в Картахену. Хватит с меня опасных морских путешествий! Вечером, накануне отплытия, я пошел попрощаться с Мэри, собираясь рассказать ей о моих страхах и принятом решении. Но не рассказал, потому что обещал вернуться, а если бы она узнала, что я решил расстаться с морем, она бы мне не поверила. Единственный, с кем я поделился своими мыслями, был мой близкий друг, старший матрос Район Эррера, который признался в ответ, что и он намерен по прибытии в Картахену бросить морскую службу. Делясь друг с другом опасениями, мы с Рамоном Эррерой и Диего Веласкесом отправились в кабачок «Джо Пелука» пропустить на прощанье по рюмке виски.

Однако вместо рюмки уговорили пять бутылок. Наши подружки, с которыми мы проводили почти каждый вечер, знали, что мы уезжаем, и пришли с нами попрощаться, залить свое горе вином и в благодарность за все хорошее дружно оплакать наш отъезд. Руководитель оркестра, серьезный мужчина в очках, делавших его совершенно непохожим на музыканта, велел своим подопечным исполнить в нашу честь множество танго и мамбо (отчего-то он считал это истинно колумбийской музыкой). Наши девушки плакали и пили виски по полтора доллара за бутылку.

В последние недели нам трижды выдавали жалованье, и мы решили хорошенько кутнуть. Я хотел напиться, потому что на душе кошки скребли, а Рамон Эррера потому, что ему, как всегда, было весело. Вдобавок он родился в Архоне, умел играть на барабане и на удивление виртуозно подражал всем модным певцам.

Мы уже собирались отчаливать, как вдруг к нашему столику подошел какой-то американский моряк и по- просил у Рамона Эрреры разрешения пригласить на танец его девушку, блондишдв гренадерского роста, которая меньше всех пила и больше всех рыдала причём искренне! Американец обратился к Району по-английски, а тот, грубо его отпихнув, рявкнул по-испански:
— Ни черта не понимаю!

Драка, которая затем последовала, была любо-дорого посмотреть: со стульями, которые ломались о головы противников, и с вызовом по рации полицейских. Район Эррера, умудрившийся отвесить америкашке две смачных оплеухи, вернулся на корабль в час ночи, горланя песни голосом Даниэля Сантоса, и заявил, что это будет его последнее плавание. Так оно и вышло.

В три часа ночи 24 февраля эсминец покинул Мобил и взял курс на Картахену. Мы все были счастливы вернуться домой. Все везли подарки. Старшина Мигель Ортега казался самым веселым. По-моему, рассудительней моряка, чем Мигель Ортега, не было на всем белом свете. За восемь месяцев, что мы проторчали в Мобиле, он не прокутил ни доллара. Все полученные деньги Мигель потратил на подарки жене, ждавшей его в Картахене. Ночью, когда мы отплывали, он стоял на палубе и рассказывал нам о своей жене и детях, что, впрочем, было вполне естественно, так как ни о чем другом он вообще никогда не говорил, Мигель вез домой холодильник, стиральную машину-автомат и в придачу к ним радиоприемник и электроплиту. Спустя двенадцать часов Мигелю Ортеге суждено было пластом лежать на койке, страдая от качки. А через семьдесят два — покоиться на дне морском.

Оглавление

^ ГОСТИ СМЕРТИ

Когда судно снимается с якоря, отдается приказ: «Все по местам!» И каждый остается на своем месте, пока корабль не покинет порт. Я молча стоял там, где мне полагалось: возле торпедных аппаратов, и глядел на меркнувшие в тумане огни Мобила. Но думал не о Мэри, а о  море. Я знал, что завтра мы будем в Мексиканском заливе и что в это время года там плавать опасно. Капитана-лейтенанта Хайме Мартинеса Диего, который оказался единственным офицером, погибшим при катастрофе, я не видел до самого рассвета. Он был высоким, крепким, молчаливым мужчиной, которого я вообще видел считанное число раз. Родом он был из Толимы, очень славный человек.

Зато в то утро мне попался на глаза первый унтер-офицер и второй боцман Амадор Карабальо, рослый, статный... Он прошел мимо меня, поглядел на последние огоньки Мобила и отправился на свое место. Насколько я помню, больше мы с ним на корабле не встречались.

Никто из членов экипажа «Кальдаса» не выражал своей радости по поводу возвращения столь бурно, как старший механик унтер-офицер Элиас Сабогаяь. Это был настоящий морской волк: маленький, кряжистый, весь продубленный и очень говорливый. Ему скоро исполнилось бы сорок лет, и, наверное, половину из них он проболтал.

Радовался унтер-офицер Сабогаль неспроста. В Картахене его ждали жена и шестеро детей. Но шестого он еще никогда не видел: малый родился во время нашего пребывания в Мобиле.

До рассвета все шло гладко. За какой-то час я вновь пообвыкся на корабле. Далекие огни Мобила терялись в дымке, предвещавшей спокойный день, а на востоке всходило солнце. Теперь я чувствовал не тревогу, а усталость. Я не спал всю ночь. И хотел пить. А о виски не желал даже вспоминать.

В шесть утра мы покинули гавань. После этого прозвучала команда: «Веем отбой. Вахтенные — по местам!» Услышав приказ, я тут же ринулся в каюту. Внизу, под моей койкой, сидел и тер глаза, пытаясь проснуться, Луис Ренхифо.

— Где мы сейчас? — спросил он.

Я сказал, что мы только-только вышли из порта. Потом забрался на койку и попытался заснуть.

Луис Ренхифо был настоящим моряком. Он родился в Чоко, вдали от моря, но любовь к морю была у Луиса в крови. Когда «Кальдас» встал на ремонт в Мобиле, Луис Ренхифо еще не числился в составе команды. Он проходил в Вашингтоне курс оружейного дела. Луис отличался серьезностью, большим прилежанием и говорил по-английски так же хорошо, как и по-испански.

15 марта он получил диплом гражданского инженера. Там же, в Вашингтоне, он женился в 1952 году на доминиканке. Когда «Кальдас» отремонтировали, Луис Ренхифо приехал из Вашингтона в Мобил и устроился на корабль. За несколько дней до отплытия он сказал мне, что, вернувшись домой, первым делом постарается перевезти в Картахену жену.

Поскольку Луис Ренхифо давно не плавал, я был уверен, что его укачает. В то первое утро, одеваясь, он спросил меня:

— Ну как? Тебя еще не выворачивает? Я ответил, что нет.

Тогда Ренхифо заявил:

— Через пару-тройку часов ты будешь валяться, высунув язык.

— Не я, а ты, — возразил я. А он парировал:

— Скорее море вывернет наизнанку, чем меня!

Лежа на койке и пытаясь вздремнуть, я вновь вспомнил про бурю. И вновь ожили страхи, мучившие меня накануне. Я в тревоге повернулся к уже одетому Луису Ренхифо и предостерег его:

— Ты, брат, поаккуратней выражайся. А то еще чего доброго сглазишь!

^ МОИ ПОСЛЕДНИЕ МГНОВЕНИЯ НА БОРТУ «ЗВЕРЯ А НЕ КОРАБЛЯ»

— Мы уже в заливе, — сказал мне один из товарищей 26 февраля, когда я собирался на завтрак.

Накануне я немного волновался: какая будет в заливе погода? Но, несмотря на небольшую качку, эсминец шел плавно. Я с радостью подумал, что мои страхи оказались беспочвенными, и вышел на палубу. Берег скрылся из виду. Насколько хватало глаз, виднелись лишь синее небо да зеленое море. Вокруг была тишь да гладь. На полубаке сидел бледный и перекошенный Мигель Ортега, мучившийся морской болезнью. Началось это давно, когда вдали еще маячили огни Мобила. И уже целые сутки старшина Мигель Ортега не мог держаться на ногах, хотя плавать ему было не в новинку.

Он служил в Корее на фрегате «Адмирал Падилья». Много плавал и привык к морю. И все же, несмотря на штиль в заливе, Мигель не мог самостоятельно заступить на вахту. Казалось, он вот-вот отдаст Богу душу. Его желудок не принимал никакой пищи, и мы, товарищи Мигеля по вахте, усаживали его на корме или на полубаке, где он и сидел все время, пока нам не разрешали переправить беднягу обратно в кубрик. Там он ложился на живот и лежал, повернувшись лицом к проходу между койками, в ожидании очередного приступа рвоты.

По-моему, именно Рамон Эррера сказал мне 26-го вечером, что в Карибском море нам придется туго. По нашим расчетам, мы должны были выйти из Мексиканского залива после полуночи. Неся вахту у торпедных аппаратов, я радостно предвкушал возвращение в Картахену. Во флоте я увлекся изучением карты звездного неба. А с той ночи, когда «Кальдас» спокойно плыл по Карибскому морю, начал находить в созерцании звезд особое удовольствие. Пожалуй, старый моряк, избороздивший все на свете океаны, способен по одной лишь манере движения корабля определить, в каком он сейчас море. Мой опыт, приобретенный в Карибском море, где я получил свое первое морское крещение, подсказал мне, что мы уже там. Я взглянул на часы. Полтретьего ночи. Два часа тридцать одна минута, 27 февраля... Даже если бы корабль не так сильно качало, я бы все равно догадался, что мы в Карибском море. А корабль качало. И мне, никогда не страдавшему от качки, вдруг стало нехорошо. Меня кольнуло странное предчувствие. И сам не знаю почему, я вдруг вспомнил про старшину Мигеля Ортегу, который лежал в трюме, заходясь в приступах рвоты.

В шесть утра эсминец уже болтало на волнах, как скорлупку. Луис Ренхифо не спал.

— Ну как, толстяк? Тебя еще не укачало? — спросил он меня.

Я машинально ответил «нет» и поделился с ним опасениями. Тогда Ренхифо, который, как я уже упоминал, был инженером, всю жизнь прилежно учился и отлично разбирался в морском деле, привел массу доводов, почему с «Кальдасом» в Карибском море не может случиться ничего плохого.

— Это же зверь, а не корабль! — изрек он.

И напомнил, что во время войны именно в этих водах колумбийский эсминец потопил немецкую подводную лодку.

— Это надежное судно, — подытожил Луис Ренхифо.

Лежа без сна, не в силах отрешиться от качки, я бодрился, вспоминая его слова. Однако ветер задувал слева все сильнее, и я представлял себе «Кальдас» со стороны: какое это утлое суденышко в грозном, вздыбленном море. В ту минуту в памяти внезапно снова всплыл «Мятеж на „Каине"».

Но хотя погода в течение дня не улучшилась, плавание проходило нормально. Стоя на вахте, я думал о возвращении в Картахену и строил планы. Буду переписываться с Мэри. Я собирался писать ей два раза в неделю, ведь писать письма никогда не казалось мне тягостной обязанностью. Поступив во флот, я еженедельно писал домой. И друзьям, жившим со мной в районе Олайя, частенько сочинял длинные послания. Так что надо будет написать Мэри, подумал я и подсчитал, сколько времени осталось плыть до Картахены. Оказалось, ровно двадцать четыре часа. Это была моя предпоследняя вахта.

Рамон Эррера помог мне дотащить до койки старшину Мигеля Ортегу. Ему становилось все хуже и хуже. С самого отплытия из Мобила, то есть уже три дня, у него маковой росинки во рту не было. Он почти не мог говорить и был весь зеленый и перекошенный.
  1   2   3   4   5   6   7   8   9

Добавить документ в свой блог или на сайт

Похожие:

Габриэль Гарсиа Маркес Глава 1 о моих товарищах, погибших в море глава 2 гости смерти глава 3 iconПрайм-еврознак
Реан А. А. Часть I: глава 14; в частях IV, V, VIII: глава Реан А. А., Петанова Е. И. Часть V: глава Розум С. И. В частях II, IV-VIII:...

Габриэль Гарсиа Маркес Глава 1 о моих товарищах, погибших в море глава 2 гости смерти глава 3 iconМанавадхармашастра Содержание Божественный прародитель Ману и его...
Уважаемый читатель, перед тобой открывается одна из самых почитаемых у индийцев книг. Традиция приписывает ее составление мифическому...

Габриэль Гарсиа Маркес Глава 1 о моих товарищах, погибших в море глава 2 гости смерти глава 3 iconЭкономика открытой экономики … 11 Глава
Контрольные задания … 44 Глава Функциональные взаимосвязи в международной экономике …

Габриэль Гарсиа Маркес Глава 1 о моих товарищах, погибших в море глава 2 гости смерти глава 3 iconБизнес на «том берегу» Введение Глава Офшорные мифы 21 Глава Офшоры: от древности до наших дней

Габриэль Гарсиа Маркес Глава 1 о моих товарищах, погибших в море глава 2 гости смерти глава 3 iconГабриэль Гарсиа Маркес
Нам, остающимся, он адресует это прощальное письмо один из последних даров миру прекрасного человека и подлинного мастера

Габриэль Гарсиа Маркес Глава 1 о моих товарищах, погибших в море глава 2 гости смерти глава 3 iconБосфорт Оглавление Глава 1 Для нуждающихся в исцелении Глава 2
Как получить заключенное в Искуплении и Завете благословение физического исцеления?

Габриэль Гарсиа Маркес Глава 1 о моих товарищах, погибших в море глава 2 гости смерти глава 3 iconПредисловие Введение Глава I. Основные итоги изучения балкарского...
Iv. Балкария в XV – начале XIX вв по данным письменных источников и устной традиции

Габриэль Гарсиа Маркес Глава 1 о моих товарищах, погибших в море глава 2 гости смерти глава 3 iconУчебное пособие Оглавление Введение. 2 Глава Психотерапия как медицинская...
Значение взглядов Г. Селье, И. П. Павлова, З. Фрейда на этиопатогенез и терапию неврозов. 21

Габриэль Гарсиа Маркес Глава 1 о моих товарищах, погибших в море глава 2 гости смерти глава 3 iconЛитература: 26 Глава 3 26 где находится карма 26 литература: 36 Глава...
К64 Кармическая психология. Как избавиться от негативной кармы / В. В. Кононов. — М. Рипол классик, 2010. — 288 с. — (Вашатайна)

Габриэль Гарсиа Маркес Глава 1 о моих товарищах, погибших в море глава 2 гости смерти глава 3 iconЧэй Блайт Немыслимое путешествие Глава 1 Мечта о приключении Глава 2 От мечты к действительности
Итак, момент старта определить нетрудно. Однако можно ли назвать этот момент началом? Пусть даже он венчал месяцы, годы размышлений,...



Образовательный материал



При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
lit-yaz.ru
главная страница