Савенко Седой Ересиарх стихотворения © Эдуард Лимонов




Скачать 92.21 Kb.
НазваниеСавенко Седой Ересиарх стихотворения © Эдуард Лимонов
Дата публикации13.01.2015
Размер92.21 Kb.
ТипДокументы
lit-yaz.ru > Банк > Документы


Эдуард Вениаминович Лимонов (Савенко)

Седой Ересиарх





стихотворения
© Эдуард Лимонов

содержание



данные стихотворения были взяты из публикации на сайте «НГ ExLibris»;

сборник ещё не издан


  • «Из глуби амальгам несозданных церквей…»

  • Леди Х («Билеты Государственного банка…»)

  • «О, девка ушлая! Вы мне моргали…»

  • Депутаты («Паркет Государственной Думы…»)

  • Как азиатская луна («С малышкой, тайской медсестрой…»)

  • «Ребенок купается в кислой среде…»

  • Конец 70-х («Виски пью я, виски пью я…»)

  • «Какое облако в окне…»

  • Колониальный сон («От грустной мрачности судьбы…»)

  • Землетрясение и затмение («Я был в Душанбе. Вниз упали картины…»)

  • Спасибо, сербский капитан! («Хоть я на фронте пил вино…»)

  • Четвертое сословие («Наемные рабочие…»)

  • «О, волосатые мужчины…»

  • Русский пейзаж («Девочка глупая как цыпленок…»)

  • Лепешка («Лепешка-шан, лепешка-шан…»)

  • Клуб («Где дух таинственной сигары…»)

  • Дом («Кричит младенец, снег идет…»)

* * *
Из глуби амальгам несозданных церквей

Седой Ересиарх идет царем зверей
Стопой железных руд

На фоне белых зал

С глазами изумруд

Безумный прошагал

Леди Х



Билеты Государственного банка

Порхали словно мотыльки

Переходя вдруг из моей руки

Во глубь твоей руки

Зиявшей словно ранка
Такая участь у билетов банка

Являться в час расслабленной тоски

И оживлять (как влага от реки)

Пейзажи жизни вдруг. Ты как вакханка
Зависишь от числа билетов банка

Ты кружишься, кричишь, рычишь

Но только не молчишь

Хрустя в руке билетами из банка…

* * *
О, девка ушлая! Вы мне моргали

Во всероссийском выставочном зале!

О, девка стройная! Как жопой вы виляли

Во всероссийском выставочном зале!

Депутаты



Паркет Государственной Думы

Ужасны, странны и угрюмы

Толсты, тяжелы и брюхаты

Топтали вчера депутаты
Грозили, роптали, кричали

И гражданам всё запрещали

«Нельзя!» «Недозволено!» «Хватит!»

«Как мало налогов он платит!»
«Ату, гражданин пресловутый!»

«Пришли тебе, сволочь, капуты!»

Ловили в силки, западнями

И просто ловили руками
Дабы обобрать гражданина

Заведомо сукина сына!

Паркетины выли, пищали

Ковры их не заглушали
И была им невыносима

Насильная, как Хиросима

Толпа депутатов тяжелых

Ужасных мужчин, и бесполых…
^

Как азиатская луна



С малышкой, тайской медсестрой

Связался, разведясь с женой

Казалось, так жену любил

А вот оставил и забыл…
Что сердце у мужчин неверно

Противно, господа, и скверно!

А то, что с тайской медсестрой…

Она ему массаж тройной
Массаж ступней, массаж спины

И он привез ее с войны…

Британский этот бритый лорд

был офицер. Простой народ
Где медсестру найдет с войны?

Красивы тайки и умны…

Про этих таек много баек…

Над мутной Темзой тучи чаек
Который год? Двадцатый год

А лорд все с тайкою живет

Смеется… полысел… Она

Подобно лотосу бледна
Подобно лотосу юна

У лорда — девочка-жена

Как азиатская луна…

* * *
«Ребенок купается в кислой среде

Как дельфины в морской воде

Ребенок завернутый в матку лежит

Как культя, завернул ее в бинт инвалид…

Или как жемчуг дремлет ребенок

В устрице розовой в море соленом…»
Я эти строки в ту ночь повторял

Когда рядом с беременной Катей лежал

Я думал о том, что в беременной даме

Ребенок лежит, как зерно в теплой яме
Я мыслил Вселенную, зерна планет

Оплодотворенные может быть мною?

О, я не знаю, быть может и нет,

Но мне-то Вселенная маткой простою
В ту ночь представлялось, пульсировал свет

Темных, больших и набухших планет

Что у тебя, объясни, с животом?

Кто там лежит?— Тот кто будет потом.
^

Конец 70-х



Виски пью я, виски пью я

У окна страдает Джули

Ни цветка, ни поцелуя

В те июни и июли
Ей совсем не доставалось.

Мне не нравилась подруга

Подло мне тогда мечталось:

«Отдохну, и в земли юга!

И прощай, прости, подруга!»
Виски пил я, виски пил я

Притворялся что я янки

Шляпу крупную носил я

[Но тогда родились «панки»!
Появились на Ист-Сайде

Нижнем. Бедные и злые

Не означенные в «Гайде»

Стали мне они родные…]
Виски пил я, виски пил я

Между тем менялись годы

И в Париж вдруг укатил я

Улетая угодил я

В Paris в поисках свободы…

* * *
Какое облако в окне!

Большое, белое, кудряво

Мечтал я в детстве — будет слава

Она пришла давно ко мне

Гляжу на облако в окне

А голубое небо — справа
Я разглядел еще тогда

Еще сидел на троне Сталин

Вперед грядущие года

Ну как бы из Москвы — Сахалин

Я разглядел у славы перья

Прошел я все земные дверья
Меня поносит гнусный враг

Как будто я урод зловонный

А я поэт, дурак бездонный

Философ,— странный как овраг

Что полон воров и бродяг…
^

Колониальный сон



От грустной мрачности судьбы

Спасут кофейные бобы

Кофейные бобы простые

Поджаренные, золотые
Креолов нам напоминающие

И лакированно-сияющие.

С поджаренностью половинок

Нам возникает ряд картинок…
Когда мы кофе в рот вливаем,—

Как по плантации гуляем.

Одевши шлем, сжимаем кнут!

Туземцы кофе нам несут
Собравши в короба и юбки

А мы целуем девок в губки

Ведь мы пропащи, мы плантатор

Садист, пропойца, эксплуататор!
Вот он под сеткой комариной

Лежит с девицею невинной

Она и он без панталон…

Таков колониальный сон
И Африка вокруг родная

Как боб кофейный золотая!
^

Землетрясение и затмение



Я был в Душанбе. Вниз упали картины

Поблекнул от ужаса красный карась

[Он плавал доселе в бассейне средь тины

Дородный и жирный, с подругой резвясь…]
Мы вышли из люков. Мы бросили танки

Пока за толчком продолжался толчок

Прекрасны таджички (они ведь иранки!)

На яркие брови лег черный платок

Сидят близ арыков и ждут. И молчок.
Где медные горы вздымаются круто

Где старится быстро земная валюта

Где стройной стоит и прекрасной мечеть

Я буду сидеть и на солнце смотреть

И будет мне видимо солнце на треть
Затмение ибо. Пугается рыба

И млекопитающий фыркает зверь

И трепет в норе и в берлоге теперь

А вы испугаться трясенья могли бы,

Когда изгибаясь, ломается дверь?
^

Спасибо, сербский капитан!



Хоть я на фронте пил вино

Сражался лихо все равно…
Ах фронт!

В прицел дождливый горизонт…

Я вижу ухо и погон,

А дальше — листьев темный фон…

Вот он! Храбрейший из когорт

Прощай, капрал, война не спорт!
Я, ясно, пули не видал,

Но то, что в лоб ему попал,

Я понял, злой…

А капитан, как мой отец,

Смеялся, молвил «молодец!»

«Теперь за мной!»
Мой капитан меня учил:

«Чтоб ты бы, писец, долго жил,

Запомни мудрости войны

Не больше выстрелов чем три,

С одной позиции, смотри!

Стрелять нельзя, вы не должны!»
Спасибо, сербский капитан!

С тех пор на войнах многих стран

Я помнил твой завет

И лишь поэтому живой,

Обзавелся большой семьей

И пью вино чуть свет!

. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Ах фронт!

В прицел — дождливый горизонт!
^

Четвертое сословие



Наемные рабочие,—

Четвертое сословие

Кто скрыт за термин «прочие»

Те, чье многоголовие

Пугало, вспомним, массово,

Хосе Ортегу Гассета

И вдохновляло Ленина

Наемные рабочие до белого каления

до черного мучения…
Встают, бедняги, с заревом

И наполняют варевом

Тяжелой человечины

Подземные уключины
Метро все изувечены

Толпой обузкоплечены

Одеждой обесцвечены

И жизнию научены
В заводы, злые фабрики

Они бредут, как карлики

Под Вагнера как арии

Под Маркса — пролетарии

Под тонны потогонные

Безумны, как влюбленные

В тяжелую материю…

Нет, чтобы хлопнуть дверию!

Презревши все условия!

Четвертое сословие…

* * *
О, волосатые мужчины

Из девятнадцатого века!

Их бакенбарды как гардины

Скрывают щеки человека
О, Франц-Иосиф безобразный!

Вильгельм Прусский со звездой

О Карл Маркс лёвообразный,

Бакунин — человек лесной!
Дики их бороды и баки

Усы их пышны иль остры

Век девятнадцатый во фраке

Завоеваний и муштры
Век канонерок и колоний

Нет жизнерадостнее века!

Век оперетты и симфоний

Там Ницше пел сверхчеловека!
Но анархисты и монархи

Философы и короли

Все волосы носили жарки

Кто как хотел, и как могли.
^

Русский пейзаж



Девочка глупая как цыпленок

С мальчиком глупым как воробей

Идут по полям, едва освещенным

Под летней луною меж тополей
А впереди у них пруд зеркальный

Сонная лодка и два весла

Мальчик — ручной, а девочка бальной

Мелкой походкою к пруду шла
Долго они по пруду скользили

Долго молчали, рука в воде

Век был другой. Девятнадцатый, или

До революции в общем, где
Были помещики, были крестьяне

Были перчатки до локтя аж

Глеб прикасался к юной Татьяне…

И наблюдал их русский пейзаж.

Лепешка



Лепешка-шан, лепешка-шан

Лепешка древняя армян

Лепешка пресная в горах

Поджаренная на камнях…
Вот Рерихи вам Николаи

Пересекают Гималаи

В платках и в бриджах, и худы,

Передвигаясь вдоль воды…
Лепешка-шан, лепешка — Шань

Их караван бредет в Тянь-Шань

Английских ружей на привале

Вы блеск стволов распознавали?
А вот раскрыт у них Коран

Лепешка-шан, лепешка-шан

Коран красивый письменами…

Верблюды, двигая горбами
Идут, спокойны как буддисты

Мы все в душе имперьялисты

Колонизаторы-злодеи

Из Византии и Рассеи
Лепешку-шан когда разламываю

То вместе с Рерихом прихрамываю

Лепешка-шан, лепешка — Шань

Вот — Гималаи, вот — Тянь-Шань
И да поможет нам Аллах

У нас винчестеры в чехлах…

Клуб



Где дух таинственной сигары

Где пролитый смердит коньяк

Мы — офицеры, любим бары

Мы — джентльмены, нам никак

Нельзя без клуба. Он — костяк!
Собравшись в клубе — вступим в сговор

А дальше — план, а дальше — труп

[Тут из дверей выходит повар

Несет, злодей, японский суп
В том супе плещутся креветки

Морские мокнут гребешки…]

Есть среди нас и те, кто метки

Лихие вольные стрелки
Есть умники со злым разрезом

Спокойных сероватых губ

И ухари, что не гнушась обрезом

Вдруг выскочат «бабах!», и труп

Таков, друзья, наш милый клуб…
Гляди, уже добрался повар!

Принес, злодей, японский суп!

Не принимаем в клуб ни coward

Ни тот кто жаден, либо скуп

Здесь женщины forbidden круп.

Дом



Кричит младенец, снег идет

Пирог в печи растет

Повидлом пахнет и мукой

Здесь дом заведомо не мой

Но я здесь все же свой
Глава семьи — я сед и прям

Я прожил много зим

Мой сын — Давид, жена — Марьям

Давид как херувим

Давиду старшая сестра —

Ты — юная Сара!
Так можно довести до слез!

А за окном — мороз!

Мы Новый Год и Старый Год

Руками разведем

Под елкой будет хоровод

Сыграем и споем

Подарки подберем
Глинтвейн, портвейн, веселый шнапс

Шампанское в соку

Английский пенс, французский шанс

И Саре и сынку — ребенку по чулку
В хлеву жует спокойный вол

Идет спокойный снег

Я очень долго к дому шел

И сотни пересек я рек

Но я семью обрел.


Добавить документ в свой блог или на сайт

Похожие:

Савенко Седой Ересиарх стихотворения © Эдуард Лимонов iconЭдуард Вениаминович Лимонов (Савенко) Как мы строили будущее России © Эдуард Лимонов оглавление

Савенко Седой Ересиарх стихотворения © Эдуард Лимонов iconСавенко Стихи последних лет стихотворения, 2000-2006 гг. © Эдуард Лимонов

Савенко Седой Ересиарх стихотворения © Эдуард Лимонов iconЭдуард Вениаминович Лимонов (Савенко) Молодой негодяй © Эдуард Лимонов оглавление 1 46
Юноша Лимонов вздыхает и нехотя открывает глаза. Узкую комнату заливает проникшее с площади Тевелева через большое окно, желтое,...

Савенко Седой Ересиарх стихотворения © Эдуард Лимонов iconСавенко Мой отрицательный герой стихотворения, Нью-Йорк Париж, 1976-1982 гг. © Эдуард Лимонов
Три деревенских стихотворения «Лампа. Книга и машинка…»; «Там дальше — поле кукурузы…»; «Землекопную оду…»

Савенко Седой Ересиарх стихотворения © Эдуард Лимонов iconСавенко Русское стихотворения, 1967-1974 гг. © Эдуард Лимонов
Кухня («Только кухню мою вспоминаю…») из сборника «Прогулки Валентина» (1968 год)

Савенко Седой Ересиарх стихотворения © Эдуард Лимонов iconСавенко) Живая речь (часть 1) интервью, радио- и телеэфиры, опросы,...

Савенко Седой Ересиарх стихотворения © Эдуард Лимонов iconСавенко Русское психо эссе © Эдуард Лимонов
Алексеем Хозеевым. Вчера поиски дезертира возобновились. В них принимают участие свыше 200 военнослужащих и сотрудников правоохранительных...

Савенко Седой Ересиарх стихотворения © Эдуард Лимонов iconСавенко Статьи в газете «Новое Русское Слово» © Эдуард Лимонов
Я намеренно озаглавил свою статью призывом Солженицына к советской интеллигенции, потому что речь в ней пойдет именно о случаях лжи....

Савенко Седой Ересиарх стихотворения © Эдуард Лимонов iconСавенко Священные монстры портреты © Эдуард Лимонов
Прованса, Константин Леонтьев умер, постриженный в монахи, Джон Лейденский сложил голову на плахе, Жан Жене — в Париже, но вдали...

Савенко Седой Ересиарх стихотворения © Эдуард Лимонов iconСавенко Контрольный выстрел эссе © Эдуард Лимонов
Чечни прочь в московскую или екатеринбургскую квартиру, но на праведную войну с немецко-фашистскими захватчиками. Так что Россия-матушка...



Образовательный материал



При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
lit-yaz.ru
главная страница