Информационно-аналитический бюллетень. Сентябрь 2003 г




НазваниеИнформационно-аналитический бюллетень. Сентябрь 2003 г
страница6/9
Дата публикации19.11.2014
Размер0.84 Mb.
ТипБюллетень
lit-yaz.ru > Информатика > Бюллетень
1   2   3   4   5   6   7   8   9




Рубрика представлена материалом, раскрывающим суть содержания и проявления в политике государств Центральной Азии такого явления как этнонационализм. Автор статьи Элебаева А. не только выявляет типологические и характерные для стран ЦА особенности и формы этнонационализма, но и подробно рассказывает о его причинах и возможных последствиях, опираясь на исторический опыт и современное состояние дел в постсоветских государствах региона.


^ Теория и практика этнонационализма

в государствах Центрально-Азиатского региона
Понятие «этнонационализм» равно как и термин его обозначающий являются сравнительно новыми для постсоветской науки, возникшими в то время, когда (после распада СССР) во вновь образованных республиках на фоне глубоких социальных преобразований и радикальных реформ многие общественно-политические процессы стали приобретать этническую окраску, а обсуждение причин и форм конфликтующей этничности стало одной из значимых тем для ученых-исследователей.

Феномен этнонационализма представляет собой сложное и многогранное явление. В мировой практике этнонационализм выделяют как особую политическую концепцию, согласно которой различные этносы являются соперниками в борьбе за власть, за достижение преимущественного положения и за различные блага и ресурсы.

Следует отметить, что западные исследователи неоднозначно рассматривают такие понятия как «национализм», «нация», «национальное» и обычно используют их в двух аспектах – этническом (культурном) и государственном (политическом) - за этим стоит дифференциация этнических и государственных общностей. Может показаться, что термины «этнонация» и «этнонационализм» излишни, поскольку нацию и без этого всегда рассматривали в качестве одной из форм этносоциальной общности. Но дело в том, что понятие «нация» (и его производные) постоянно и довольно широко используются в двояком смысле: во-первых, как определение этнической характеристики при территориальной, демографической, культурной и иной дифференциацией общества (к примеру, национальные автономия и округ; национальный состав населения; национальные ремесла, костюм, кухня и т.д.), во-вторых, как политическое объединение граждан одного государства (отсюда – национальная политика, национальные – программы, идеи, флаг, гимн и проч.). По аналогичной схеме различают и национализм.

Наиболее распространенными являются два подхода к пониманию основных форм национализма, это: гражданский (или государственный) и этнический (или культурный) национализм. Первый основывается на понятии нации как согражданства, второй же рассматривает нацию как этнокультурную категорию - общность, имеющую глубокие исторические корни, социально-психологическую или даже генетическую природу. Можно, наверное, говорить о целесообразности обозначения одним термином этих качественно различных процессов, но при этом невозможно не признать, что это реальность, за которой стоят объективные различия двух общностей – этнической и государственной.

Этнонационализм и национальные конфликты сопровождали государствообразующие процессы большинства полиэтнических обществ в течение всего ХХ столетия. Так, после Первой мировой войны образование новых государств на месте рухнувших великих многонациональных империй осуществлялось по принципу национального самоопределения. Новый этап национального самоопределения возник после Второй мировой войны в связи с освобождением народов Европы от нацистской оккупации и последовавшим затем распадом колониальных империй. Этнонационализм и конфликты по многочисленным прогнозам, будут все больше влиять на мировой порядок и международную ситуацию. Согласно имеющимся данным, в мире существует до 5 тысяч этнических групп, которые потенциально готовы заявить о своих правах на самоопределение и образование государства. Несмотря на то, что большая часть этих движений протекает в латентной и ненасильственной форме, известно, однако, что 260 национальных меньшинств уже сегодня активно требуют независимости или отделения и признания ООН, а от 70 до 90 из этих притязаний, сопряжены с этнополитическими конфликтами и вспышками насилия1.

С известной долей озабоченности западный мир отнесся к образованию в 90-е годы новых государств, возникших после распада социалистической системы на месте бывшего СССР. Этнические конфликты на территории бывшей Югославии и постсоветском пространстве подтвердили эти опасения и выявили возможный «взрывоопасный» характер национализма.

В настоящее время национализм (проявленный на рубеже XX-XXI столетий как «третья волна»2 и получивший в научной литературе название этнонационализма) в своих радикальных формах представляет вполне определенную угрозу, что дает основания всерьез исследовать данное явление с целью выявления и прогнозирования его возможного развития и совместимости с процессами демократизации обществ и государств.

В демократизирующихся обществах этнические группы получают значительные возможности для политической мобилизации, однако у государств обычно нет ни ресурсов, ни эффективных институциональных механизмов для достижения межгруппового согласия и выработки толерантности, которые есть в странах, имеющих более длительный опыт демократического развития. В таких условиях довольно высока вероятность того, что демократизация будет сопровождаться как этническими протестами, так и этническим насилием. Кроме того, изучение феномена национализма сегодня имеет важное значение и с точки зрения национальной, а также региональной и, в целом, глобальной системы безопасности. Взаимосвязь между этническим национализмом, полиэтническим государством и процессами глобализации стала одной из узловых проблем нашего века.

В контексте существующей ситуации («индивидуальной» для каждой из стран СНГ – бывших республик Союза и сравнительно «типовой» для региона ЦА) особого внимания в плане изучения и осмысления, думается, заслуживает опыт и оценка этнического национализма и национально-государственного строительства в СССР - свод тех вопросов и проблем, которые сегодня представляются весьма дискуссионными.

Здесь следует отметить, что уникальность бывшего Союза состояла в том, что это было одно из государств, с заложенным в основу его организации этническим принципом. Хотя марксистско-ленинская идеология и провозгласила себя интернационалистской доктриной, ее интегративной частью стали идеи и политическая практика этнического национализма. Суть последнего состояла в том, что фактически все основные этнические группы, из которых состояло население государства, были объявлены социалистическими нациями и народностями, и каждой из них была пожалована своя собственная государственность1. Так, совпадение структуры властных отношений с четырьмя неравноправными уровнями национально-административного деления по схеме: союзная республика – автономная республика - национальная область – национальный округ, предполагающими иерархию этнических «большинств» и «меньшинств», привело к отождествлению центральной власти с властью русских, республиканской власти – с властью коренной или титульной национальности и т.д. Это привело к смещению негативных отношений в этническую сферу еще при советской власти, хотя тогда они были спрятаны довольно глубоко. Жесткая экономическая, политическая и социальная зависимость «меньшинств» породила у них чувство несправедливости, неполноценности и недоверия к большинству, привела к нарушению естественного хода развития этнических отношений – вместо интеграции – национальная консолидация.

Но самой главной особенностью советской политики в отношении национальностей стала двойственность и противоречивость, огромный разрыв между идеей и ее реальным воплощением. История национально-государственного строительства оставила после себя в наследие много противоречивых, нерешенных и порождающих конфликты проблем, которые проявились позднее в период перестройки. и продолжают существовать сегодня на значительных территориях постсоветского пространства, где этнонационализм является современной реальностью.

Одной из своих граней этнонационализм в республиках СССР проявился в 80-90-е годы в виде выдвижения различного рода национальных идей как наиболее мощного средства мобилизации масс в поддержку новой формирующейся «государственно-устроительной» идеологии. Интеллектуальная элита, заменив ею коммунистическую идеологию, смогла достаточно быстро начать борьбу против Центра, а затем в ряде республик - и против правящих партийных элит. Несмотря на то, что эти конфликты между Центром и периферией имели преимущественно вертикальный и чисто политический характер, на более низком уровне они проявились в виде межобщинного насилия и политических конфликтов между нерусскими титульными национальностями и местными меньшинствами (месхетинские турки в Узбекистане, армяне в Азербайджане, гагаузы, украинцы и русские в Молдове, узбеки в Кыргызстане). Депортированные народы, потерявшие свой политический статус в период культа личности Сталина (крымские татары, немцы Поволжья и др.), лидеры и активисты их движений стали формулировать программы восстановления «собственной» государственности.

Тоталитарная идеология с ее общей установкой на бесконфликтный «социалистический» общественный строй привела в конечном счете к насаждению наднациональных форм и методов государственного, социально-экономического и культурного развития в республиках Союза. Отечественная академическая традиция во многом способствовала огосударствлению и институализации этничности, а также политической программме этнонационализма. За внешне осуждающей дефиницией национализма на практике присутствовало господство этнонационализма как в науке, так и в политике. Десятилетиями насаждавшийся идеологический монологизм в советском обществе способствовал отчуждению целых поколений от национально-культурных ценностей. Формированию ситуации этнической напряженности способствовало также долгое культивирование советским государством в своих гражданах особого стиля поведения, основанного на борьбе, а не на поиске компромисса, что и было реализовано в этноконфликтах. Поэтому сегодня отмечается то обстоятельство, что несмотря на ряд достижений и позитивных результатов советского государства (особенно в области образования и культуры), что большинство причин этнических конфликтов на рубеже 80-90 годов были заложены еще во времена СССР.

Как показала последующая историческая практика, национально-территориальный принцип государственного строительства и интеграционная национальная политика стали благодатной почвой для роста межэтнических противоречий. Хотя дружба народов и стала реальностью в стране, но тоталитарная политическая система со всеми ее дальнейшими антидемократическими элементами стимулировала развитие этнонационализма, где разрастались элементы этнической исключительности, агрессии, эгоизма и иждивенчества. Эти негативные элементы иррационального этнического самосознания стали определять характер группового поведения в большинстве союзных республик, а проводимая двойственная и противоречивая национальная политика предопределила «взлет» и «падение» СССР.

Кризисная ситуация, возникшая в результате распада СССР и разрыва социально-экономических связей привела к уменьшению роли политических, идеологических и экономических регуляторов, интегрирующих национально-территориальные, профессиональные, культурно-религиозные и другие групповые образования внутри государства.

В постсоветский (перестроечный) период развития в странах ЦА, сопровождающийся многими противоречиями и конфликтными проявлениями, этнонанационализм принимает более острые формы и распространяется уже на региональном уровне, где на состояние межнациональных отношений влияют специфика и особенности протекающих страновых этнополитических, этнодемографических и этнокультурных процессов.

В силу своего геополитического и геостратегического расположения Центрально-азиатский регион является исключительно важным с точки зрения обеспечения межнациональной стабильности на всем евразийском пространстве1.

Анализ политических режимов стран ЦА, осуществлявших на новой конституционной основе политическую модернизацию, позволяет говорить о том, что следование принципу разделения властей, создание политических институтов соответствующих параметрам демократического общества сами по себе не обязательно ведут к установлению либеральных демократических режимов. В конкретной ситуации отдельных государств региона это привело к укреплению старых, слегка видоизменивших фасад, политических институтов1. Прежде всего, на политическом развитии каждой из центрально-азиатских стран сказалось различие реальных условий. Это – традиционные национальные ценности, историческая специфика развития, степень поддержки или осуждения проводимых реформ мировым сообществом, характер и стабильность проявления таких негативных факторов, как национализм и изоляционизм, количественные и иные характеристики национальных меньшинств, их организованность и позиция по отношению к проводимым реформам, степень вовлеченности в региональные конфликты, видение руководством страны и политическими лидерами конкретных целей независимого развития и путей их достижения. Все это и определило существенные различия в практическом осуществлении политической трансформации общества в Центральной Азии. Поэтому республики региона резко отличаются друг от друга существующими государственно-политическими устройствами – от диктатуры личной власти в Туркменистане, безальтернативного президентского режима в Узбекистане до более либеральных режимов в Казахстане и Кыргызстане.

Сегодня практически во всех государствах ЦА борьба различных ветвей власти является результатом столкновения противоборствующих групп, в том числе номенклатурных, но, главным образом, клановых, трайбалистских, региональных, межнациональных. Так в Кыргызстане трайбализм получил легальную возможность влиять на государственное строительство. По мнению известных кыргызских историков Д.Джунушалиева и В.Плоских «проявления последствий возрождения трайбализма могут привести к возможному всплеску регионализма, а в последующем сепаратизма, что представляет одну из серьезнейших опасностей для целостности государства»2. Этнонационализм и межэтническая напряженность вызываются также ростом сепаратизма среди лидеров малых этнических групп, которые «ставят целью изменение или пересмотр существующих границ».

По данным Института географии РАН, в регионе ЦА имеется, по крайней мере, 19 проблемных зон, где уже имели место межнациональные столкновения, а на других подобные столкновения весьма вероятны. Искусственный характер границ государств региона сыграл серьезную дестабилизирующую межэтнические отношения роль и продолжает представлять серьезную угрозу политической стабильности. Наиболее заметными противоречиями в этой области были и остаются противоречия между Казахстаном - Узбекистаном, Кыргызстаном - Узбекистаном, Таджикистаном - Узбекистаном.

Проблема водных ресурсов крайне болезненная для региона обостряется каждый год и заметно осложняет и без этого непростые отношения между Кыргызстаном, Узбекистаном и Казахстаном. Несколько раз конфликты между Ташкентом и Бишкеком едва не переходили в плоскость силовых решений. Хотя, согласно законодательным актам республик ЦА, споры о водопользовании между государствами должны рассматриваться и разрешаться в порядке, определяемом международными договорами, они десятилетиями остаются не решенными.

На обострение межнациональных отношений в регионе значительное влияние оказывают и демографические факторы. Взрывоопасность Центрально- азиатского региона заключается также в том, что с середины ХХ века народы региона переживают демографический взрыв – темпы прироста населения у них одни из самых высоких в мире. Между тем, коэффициент естественного прироста населения в Казахстане намного ниже, чем во всех республиках ЦА – 11,8 на 1 тыс. населения против 27,0 - в Туркменистане, 26,6 - в Узбекистане, 25,6 - в Таджикистане и 21,4 - в Кыргызстане. Из 53 млн. населения, проживающих в новых независимых государствах региона, в Узбекистане проживает почти половина. Территория Казахстана (1277,1 тыс. кв.км) в 2,1 раза больше территории всех центрально-азиатских республик вместе взятых (1277,7 тыс.кв.км.) Таджикистан и Кыргызстан располагают едва лишь 20% пригодных хозяйственной деятельности земель, т.к. большую часть их территории занимают горы. Примерно то же самое можно сказать о Туркменистане и Узбекистане, где большие пространства не представляют экономической ценности из-за песков. Ареалы перенаселенности в ЦА значительно больше, чем где-либо на территории СНГ.

Другим дестабилизирующим фактором является проблема беженцев и мигрантов. Кыргызстан является единственной страной региона, принявшей беженцев таджикской войны. Следует отметить также, что в Кыргызстане сегодня имеются наиболее благоприятные условия для внутренней и внешней миграции населения. Внутренняя трудовая миграция населения характеризуется устойчивой тенденцией переселения сельских жителей в город. Довольно распространена и межобластная миграция. Начиная с 1993 года все более массовый характер приобретает внешняя трудовая миграция кыргызов и представителей других этнических групп в Россию и Казахстан.

Особенность Центрально-азиатского региона проявляется в том, что здесь этнонационализм тесно соприкасается с религиозным экстремизмом, и это представляет собой серьезную проблему, способную взорвать стабильность и безопасность в регионе и привести к обострению межэтнической ситуации События последних лет в Ташкенте, а также в Баткенской области КР показали, что Центральная Азия становится ареной столкновения геополитических интересов организаций исламского экстремизма, которые ищут своих сторонников не только в этническом и религиозном плане, но и пытаются манипулировать сепаратистскими настроениями внутри государств региона.

Таким образом, феномены этнонационализма, национального строительства, регионализма и глобализации тесно взаимосвязаны, но имеют в каждой стране свои специфические особенности, с учетом которых –включая и все возможные риски- должны, по всей видимости, вырабатываться и реализовываться дальнейшие стратегии и программы государственного и общественного развития в странах Центральной Азии.
^ Айнура Элебаева

Научно-исследовательский институт этнологии

при Международном университете Кыргызстана




^ THE ASIAN EXTENSION

1   2   3   4   5   6   7   8   9

Похожие:

Информационно-аналитический бюллетень. Сентябрь 2003 г iconГосударство и религия в дагестане
Информационно-аналитический бюллетень №4 Комитета Правительства рд по делам религий

Информационно-аналитический бюллетень. Сентябрь 2003 г iconВремя культуры: Информационно-аналитический бюллетень/ Департамент...
Время культуры: Информационно-аналитический бюллетень/ Департамент культуры Костромской области. – Вып. 11. Кострома, 2010. – 80...

Информационно-аналитический бюллетень. Сентябрь 2003 г iconБюллетень новых поступлений сентябрь 2013 г
В «Бюллетень» включены книги и статьи из периодических изданий, поступившие в библиотеку в течение месяца. «Бюллетень» составлен...

Информационно-аналитический бюллетень. Сентябрь 2003 г iconЗакон Костромской области «О наградах и почётных званиях Костромской области»
Время культуры: Информационно-аналитический бюллетень/ Департамент культуры Костромской области. – Вып Кострома, 2009. – 77 с

Информационно-аналитический бюллетень. Сентябрь 2003 г iconБюллетень 19. Июль 2003 259 Отчёт 2003. Год 2003 274 Эпилог 277 Начало-введение...

Информационно-аналитический бюллетень. Сентябрь 2003 г iconБюллетень новых поступлений март 2012 Пермь 2012 в «Бюллетень»
В «Бюллетень» включены книги и статьи из периодических изданий, поступившие в библиотеку в течение месяца. «Бюллетень» составлен...

Информационно-аналитический бюллетень. Сентябрь 2003 г iconБюллетень новых поступлений январь 2013 Пермь 2013 в «Бюллетень»
В «Бюллетень» включены книги и статьи из периодических изданий, поступившие в библиотеку в течение месяца. «Бюллетень» составлен...

Информационно-аналитический бюллетень. Сентябрь 2003 г iconИнформационно- аналитический паспорт (материалы по самообследованию)
Полное наименование оу в соответствии с уставом: Муниципальное бюджетное общеобразовательное учреждение «Гимназия №2 г. Торжка»

Информационно-аналитический бюллетень. Сентябрь 2003 г iconИнформационно-аналитический центр Союза женщин России Межрегиональный форум
«Власть и гражданское общество: социальное партнерство в интересах семьи и детей»

Информационно-аналитический бюллетень. Сентябрь 2003 г iconБюллетень новых поступлений февраль 2013
В «Бюллетень» включены книги и статьи из периодических изданий, поступившие в библиотеку в течение месяца. «Бюллетень» составлен...



Образовательный материал



При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
lit-yaz.ru
главная страница