Книга предназначается широкому кругу читателей; всем, интересующимся экстрасенсорикой. Isbn 5-7815-1672-7 © Предисловие к русскому изданию Э. И. Гоникман. Центр народной медицины «Сантана»




НазваниеКнига предназначается широкому кругу читателей; всем, интересующимся экстрасенсорикой. Isbn 5-7815-1672-7 © Предисловие к русскому изданию Э. И. Гоникман. Центр народной медицины «Сантана»
страница3/11
Дата публикации21.06.2013
Размер2.65 Mb.
ТипКнига
lit-yaz.ru > Культура > Книга
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11





ГЛАВА 2

^ ПУТЕШЕСТВИЕ В НЕВЕДОМОЕ

Вернувшись в Нью-Йорк, я почувствовала себя Цезарем, переходящим Рубикон. Не впервые я должна была перестроить жизнь в поисках новой истины, но все прошлые исследовательские проекты проходили под покровительственными крыльями общепризнанной ортодоксальной науки.Для руководства и советов я всегда находила людей более информированных. Мои проекты были одобрены, к ним с уважением относились собратья по науке. Сейчас же я рисковала научной репутацией и не имела руководителя. Это был вызов, я должна была войти в новую и неисследованную область человеческого ума, в область, еще непризнанную, попытаться подвести под нее почву хорошо документированных научных экспериментов.

Это было больше, чем просто поиски открытий в новой области. Это была моя постоянная потребность понять, как работает человеческий ум. СЧВ было вызовом всем понятиям, которых я придерживалась раньше. Я должна была открыть истину неважно какой ценой. По мере того как накапливались данные, указывающие на наличие этих способностей у большого числа людей, я убеждалась, что их нельзя игнорировать. В прошлом были времена, когда результаты исследований заставляли меня менять свои представления. Когда я начала работу в психиатрии, то была убеждена в ценности терапии электрическими судорогами. Три года исследований дали как раз противоположные результаты; и я должна была признать то, о чем свидетельствовали факты. Не раз доказанная истина разрушила мои предвзятые теории или суждения. Если существовало значительное число людей с СЧВ, то я должна дифференцировать и оценить их способности и, возможно, пересмотреть свои взгляды на работу ума. Я знала, что радость открытия новой истины, ее ценность и значение поддержат меня в борьбе с трудностями.

Был и другой мотив, побуждающий проводить исследования. Если существовали люди, имеющие СЧВ, нельзя ли было тренировать эту способность, чтобы сделать ее более эффективной? Не могли ли мы найти пути для использования этих исключительных способностей и применять их на благо и во имя прогресса человеческого общества? Нельзя ли выявлять таких людей в раннем возрасте, помогать им понять и контролировать свои способности? Не рождается ли сегодня таких людей больше, чем в прошлом? Если так, то не указывает ли это на то, что есть новая тенденция прорыва человеческого ума?

Я просчитала свои финансовые возможности для необходимых исследований в области СЧВ и для подбора подходящих субъектов для опытов. И была абсолютно убеждена, что настало время для более тщательной работы и широкой программы исследований. Был разработан предварительный план для наблюдений во время бесед с людьми, обладающими особыми дарованиями.

На первом этапе работы я решила идти вперед, не беспокоясь о проблемах, которые могли при этом возникнуть. Я поняла, что это займет все мое время, потребует энергии и изобретательности. Конечно, дополнительные субсидии сделали бы возможным уделить все время именно исследовательской работе. В конце концов фонд Элиотт Д.Пратта, известный своим покровительством новым творческим проектам, решил поддерживать мою работу на протяжении нескольких лет. Ряд лиц, которые были заинтересованы, также сделали свои взносы.

В 1958 г., заручившись надежной поддержкой, я была готова начать осуществление программы исследований и приступить к опытам. Вчерне я классифицировала различные типы СЧВ. Я нашла, что некоторые люди обладают одним типом, а другие — другим. Один и тот же человек мог иметь несколько различных способностей, но до сих пор еще ни один человек не обладал всеми видами дарований. Я решила, что наилучший общий термин для обозначения лиц, обладающих СЧВ, будет «сенситив». Может быть, впоследствии найдется что-либо точнее. А термин «сенситив» впервые применил Рейхенбах в 1842 г. в своих экспериментах с людьми, которые могли чувствовать или видеть поле вокруг магнитов. Сенситив — человек, имеющий одну или более способностей, связанных с СЧВ.

Прежде всего я решила, что каждый индивидуум, который обладает исключительной способностью к СЧВ, должен быть предметом исследования. Мы не можем статистически исследовать гениев, также как не можем статистически исследовать'лиц, обладающих СЧВ. В самом деле, мне хотелось бы знать, сколько гениальных людей обладали СЧВ. Несколько очень одаренных сенситивов могли бы изменить наше общество так решительно, как гений Возрождения изменил лицо Европы несколько веков тому назад. Именно выдающийся вождь, как и выдающийся гений,— вот кто несет ответственность за внезапные гигантские скачки вперед в развитии цивилизации.

Для начала необходимо было найти в США достаточное число одаренных личностей, которые могли бы уделить определенное время экспериментальной работе или могли бы продемонстрировать применение СЧВ в своей профессии. Мои усилия в предшествующие месяцы имели характер быстрого общего обзора, разведки, чтобы убедиться, что такие личности действительно существовали. Была предпринята попытка установить различные типы СЧВ. Исследования в Европе и на Востоке, как и в США, убедили меня, что люди со способностями к СЧВ могли быть найдены по всему миру.

Два очень одаренных человека, Кэй и Диана, еще раньше согласились работать со мной и принимать участие в любых экспериментах, которые я захотела бы поставить. Было проинтервьюировано довольно много людей. Иногда я посещала выступления тех, кто публично демонстрировал такие способности, как психометрия, видение на расстоянии или ответы на вопросы, которые были помещены в запечатанные конверты. Так как я уже установила при помощи опытов высокий уровень способностей Кэй и Дианы, то они часто сопровождали меня на такие зрелища. Они обе различными путями узнавали, обладают или нет люди, которых мы наблюдали, способностями к СЧВ. В виде определенных узоров Кэй и Диана видели силовое поле выступавшего, эти узоры и говорили им, каким типом СЧВ тот или иной сенситив обладал и какова степень его способностей. Иногда они знали больше о том, что делает выступающий, чем он сам. Мои помощницы могли описывать изменения в его энергетическом поле и быстро подмечали всякое мошенничество или обман. Мы договорились, что каждая из них будет записывать то, что увидит, не советуясь с другой, и что я затем буду сравнивать записи. С большим удовольствием Кэй и Диана стали считать себя моими «сенситивами всевидящих глаз».

Так мы установили полное доверие во взаимоотношениях. Затем Кэй и Диана начали знакомить меня со своими друзьями и приятелями, имеющими способности к СЧВ. Среди них был молодой ученый с хорошей репутацией в научных кругах. На его счету был ряд исследований и открытий. И я, и он интересовались силовыми полями, как теми, которые можно было наблюдать современными приборами, так и полями, которые еще не были обнаружены. Во время встречи я и узнала, что этот ученый занят исследованиями, относящимися к космическим полетам. Он, наконец, сказал откровенно, но по секрету, что некоторые из своих наилучших идей получил от лица, обладающего СЧВ. Ученый не колебался, когда консультировался с подобными лицами. Он нашел, что некоторые из идей, которые подсказали ему эти люди, оказались при проверке в лаборатории очень ценными. Такая информация сэкономила много времени, которое могло бы быть потрачено на поиски и ошибочные методы исследования. Поданные идеи позволяли находить путь исследований и двигаться по нему немедленно. Молодой ученый приписывал часть своего большого успеха в открытиях и исследованиях и свое быстрое продвижение по службе информации, которую давали ему лица с СЧВ.

Встречая все больше и больше людей с СЧВ, я нашла среди них многих, занимающих ответственные посты, глубоко уважаемых в их профессиональных кругах. Они очень сдержанно отзывались относительно всяких СЧВ и обычно тщательно скрывали свои способности. Доверие таких людей я завоевывала постепенно. В конце концов мы могли дискутировать откровенно. Часто я поражалась, как эффективно применяли они СЧВ в своей работе.

И я решила среди своих коллег найти больше тех, кто мог применять СЧВ. Осторожно расспрашивая, сначала натолкнулась на каменную стену. Пожалуй, нет другой профессии, которая так старается сохранить репутацию здравого, научного отношения к делу и общепринятого подхода, чем моя собственная. К тому есть достаточно оснований — пациент должен доверять своему врачу. Но постепенно я начала находить коллег с выдающимися СЧВ. Образовалась очень сплоченная группа. Они часто видели друг друга, но все же вне своего круга остерегались обсуждать свои необычные способности.

Когда я завоевала доверие нескольких врачей, они захотели познакомить меня с другими, тоже имевшими способность к СЧВ. Так я стала искать встречи со своим коллегой, живущим в другом городе. Он имел весьма высокую репутацию диагноста.

Это был д-р Дан. Рекомендовал мне его один друг. Сообщив д-ру Дану об исследовании, он попросил о встречи. Мой друг вынужден был обращаться к нему с просьбой несколько раз. Я начала подозревать, что д-р Дан предпочитал не говорить о СЧВ. Наконец, когда я приехала в город, где он практиковал, то решила зайти в кабинет и представиться пациенткой. Он мог отказаться встретиться с коллегой-врачом и по другим причинам. Я пришла к нему поздно, когда другие пациенты уже ушли, и решила сразу поразить его, а возможно, и вовлечь в какую-либо дискуссию. Секретарь сообщил д-ру Дану о моем прибытии. Когда он подошел к двери кабинета, я, смеясь, сказала: «Д-р Дан, я думаю, вы можете поставить мне диагноз прямо оттуда, где стоите. Я убеждена, что вы не часто встречаете пациента, который просит о диагнозе посредством ясновидения.» Он ответил: «Хорошо, оставайтесь на том месте. Ничего не говорите.» Сел от меня примерно на расстоянии 15 футов и быстро нарисовал картину заболевания, требующего хирургического вмешательства. Я и сама ставила этот диагноз, подтвердил его и мой хирург. Все было верно в малейших деталях.

После небольшого разговора д-р Дан согласился уделить мне время, чтобы поговорить о СЧВ, при строгом обещании, что я не разглашу его имени. Только при таком условии он согласился рассказывать о своих способностях. Как выяснилось, д-р Дан был рад возможности обсудить СЧВ с коллегой. Он сказал, что диагностировал пациента, видя его силовое поле, но был достаточно осторожен, чтобы не проговориться об этом больному, и всегда проверял диагноз посредством общепринятых процедур обследования и лабораторных данных. Д-р Дан был действительно замечательным диагностом. Вдобавок он обладал некоторым типом магнетического лечения. Оно давало удивительные результаты в работе с детьми, страдающими детским параличом.

Д-р Дан сначала колебался, объяснять ли подробности действия его СЧВ, но когда понял, что я не была критически настроена, а интересовалась фактами, то решил быть весьма откровенным. Доктор видел энергетическое поле, которое проникало во все тело и выходило из него на несколько дюймов. То, что он видел внутри поля, сообщало о состоянии и функционировании физического тела. Д-р Дан сначала смотрел на энергетическое поле, а затем на физическое тело. В физическом теле он видел, где нервные токи блокированы или двигаются нездоровым образом. В таких случаях доктор часто применял целительную магнетическую энергию и наблюдал действие, которое производит оно на нервные токи.

На уровне эндокринной системы д-р Дан видел движущиеся вихри энергии, ассоциирующиеся с определенной железой. Он искал расстройства функционирования или патологические состояния, зависящие от расстройства, в вихре энергии. Он мог также видеть действия лекарств на пациента, наблюдая энергетическое поле или вихри энергии, связанные с эндокринными железами. Д-р Дан мог очень быстро назначать лечение согласно тому, что он видел. Он сказал, что часто видит в энергетическом поле зарождающиеся изменения, которые еще не проявились в физическом состоянии, поэтому мог предсказать, как и когда проявится заболевание в физическом теле, начав проявляться в теле энергетическом. Я снова и снова расспрашивала д-ра Дана о том, что он видел. Я просила его описать подробнее соотношение некоторых типов расстройств в энергетическом теле со специфическими физическими состояниями. Доктор некоторое время описывал специфические расстройства в энергетическом узоре вместе с точными физическими соотношениями, сопровождающими их. Позже мы с Дианой смогли найти ряд врачей, которые описывали тот или иной тип явлений, не имея никаких сведений о том, что существовали другие люди, видевшие в точности то же самое. Эта область столь мало исследована, что у нас нет слов, чтобы описать все. Я думаю, что и сам д-р Дан чувствовал нехватку слов для передачи того, что видел*

Мне было интересно знать, как он обнаружил свои удивительные способности. Очевидно, это было постепенное осознание дарования, следовавшего большей частью по тем же схемам и путям, которые проходили и мы, учась пользоваться нашими пятью чувствами. Когда д-р Дан стал больше осознавать свои склонности к СЧВ, то понял, что люди вокруг него лишены таких способностей. А когда он стал врачом, то решил, что было бы крайне неразумно широко обсуждать что-либо, находящееся вне нормального подхода врача к медицине. Он предпочитал пользоваться в определении диагноза и лечении обычными процедурами, чувствуя, что это мудро и справедливо. Доктор был доволен, когда его дарования помогали пациентам. Их польза — вот что было для него главным. Таким образом, д-р Дан мог работать в рамках общепринятых медицинских методов. Мои поиски коллег со способностями к СЧВ привели меня и к д-ру Норрису из Калифорнии. Он имел всемирную известность и насчитывал много знаменитостей среди своих пациентов. Понадобилось время, чтобы заставить его говорить о своих способностях.

Когда д-р Норрис был еще студентом, то обнаружил чувствительность в руках и способность гіастра- иватьсяна пациента, чувствуя, чем тот страдает. Д-р Норрис знаменит как диагност, но еще более знаменит тем, что умеет назначать наилучшее лечение для скорейшего выздоровления. Он несколько неодобрительно называл это профессиональной интуицией.

Одной из изумительных вещей относительно д-ра Норриса была та, что если он однажды лечил пациента, то мог настраиваться на него затем на расстоянии, назначать лечение или давать рекомендации любому, кто мог находиться поблизости от больного. Его пациенты и не подозревали, что происходит. Они зависят от д-ра Норриса и считают само собой разумеющимся, что врач может решать их проблемы независимо от местонахождения.

Я читала личный отчет одной из его пациенток, который является иллюстрацией того, как д-р Норрис работает. Пациентка весьма известна и крайне занята. Она заболела в Лондоне, оказалось, это серьезная болезнь почек и мочевого пузыря. Пациентка страдала от боли. Через 3 недели утомительных лабораторных анализов и консультаций с тремя специалистами заболевание не было диагностировано. Было решено, что необходима разведывательная операция. Казалось, альтернативы нет.

Именно тогда она встретила д-ра Норриса и описала ему свои симптомы. Он слушал внимательно, затем наступило молчание. Доктор задавал дальнейшие вопросы с большими паузами. В результате сказал точно, что у пациентки болело. Предписал простое лечение и сказал, что через 24 часа боль исчезнет. Полностью выздороветь и вернуться к работе она должна была через неделю. Д-р Норрис предложил через 3 дня обратиться к лондонскому врачу. Он был уверен, что к этому времени никто не сочтет, что операция необходима. Д-р Норрис диагностировал скрытую аллергию. В течение 24 часов пациентка выздоровела иѵже через 3 дня вернулась к работе. Это было ее собственное документальное свидетельство. Затем она на протяжении 20 лет продолжала фиксировать все случаи, когда д-р Норрис оказывал ей помощь путем быстрого и точного диагноза и эффективного лечения.

Д-р Норрис тщательно избегал обсуждения своих способностей в течение ряда лет и делал специальные усилия, чтобы соответствовать образцу обычного врача-профессионала. Он предан своему делу, и пациенты всегда занимали первое место в его жизни. Так как доктор никогда не обсуждал свои необычные дарования с коллегами, то он, по-видимому, и не понимал, насколько исключительны его способности. Кроме этого, д-р Норрис обладал магнетической целебной силой в руках и часто приносил облегчение своим остро больным пациентам. Он снимал кризис, прикладывая руки к телу в пораженных областях. Зная об этой способности, доктор применял ее разумно и ненавязчиво, при необходимости. Один из благодарных пациентов основал кафедру его имени в одном из лучших наших учебных заведений.

Вскоре я нашла другого коллегу в Нью-Йорке, который захотел говорить со мной. Он окончил университет имени Корнеля и являлся известным врачом с репутацией выдающегося диагноста. В ходе своей медицинской практики он рано понял, что у него была чувствительность в руках. Доктор постепенно выяснил, что чувствительность помогала ему указывать больные места на теле пациента, когда он производил осмотр. В течение ряда лет, если обычные методы не давали ключа к пониманию причин заболеваний, он получал точную информацию о пациенте, применяя чувствительность рук. Эта способность стала частью его диагностической процедуры, и он стал принимать ее как само собой разумеющееся.

Вдобавок к чувствительности, которая помогала ему в постановке диагноза, у доктора были и две другие способности. Он рассказал мне, что обнаружил совершенно случайно, когда его дети были маленькими, что мог облегчить колику или головную боль, положив руку на больную область. Постепенно доктор стал ненавязчиво применять свою способность, когда это было необходимо, для облегчения боли у пациентов. В некоторых случаях он мог видеть энергетическое поле, пронизывающее и окружающее человеческое тело. Он не пытался развить эту способность и не пытался соотнести это поле с каким-либо физическим состоянием. По-видимому, доктор не имел контроля над тем, увидит или не увидит он это энергетическое поле. В то время как другие врачи прекрасно контролируют эту способность.

Д-р Джордж, знаменитый хирург, известный пациентам во многих частях света, был в конце концов тоже вовлечен в обсуждение СЧВ. На основе сообщений о способностях врачей, которые я получала, начала понимать, кого именно следовало найти для дискуссии по этой теме. Но д-р Джордж демонстрировал несколько иной вид способностей к СЧВ. Он не только замечательно ставил диагноз, но часто мог предвидеть события, связанные с его пациентами. Д-р Джордж знал, когда пациент выживет после операции и получит от нее пользу. Временами он оперировал, тогда как его консультант считал вмешательство в данном случае неразумным. И его пациенты всегда выздоравливали.

Д-р Джордж обсуждал со мной многие из своих историй. Вот одна из них. Он пришел в операционную, когда его ассистент собирался делать разрез. Д-р Джордж внезапно понял, где именно следовало его сделать. Несмотря на протесты ассистирующего хирурга, он указал, что надо делать разрез в другой области, объясняя, что они наткнутся на артерию в том месте, которое первоначально было намечено. Ассистент возражал, артерия не могла быть в том месте. Он был растерян и озадачен предположением д-ра Джорджа. Однако, когда началась операция, обнаружилась удивительная аномалия. Артерия была в необычном месте. Если бы разрез был сделан там, где предлагал ассистент, они наткнулись бы на нее внезапно и не смогли бы спасти пациента.

Д-р Джордж сказал, что называл эти прозрения профессиональной интуицией, но иногда ему трудно было объяснить ее своим коллегам. Он хорошо осознавал, что это было что-то большее, чем профессиональная интуиция.

В медицинских кругах стали постепенно распространяться сведения, что я интересуюсь СЧВ. Мне больше не приходилось разыскивать врачей с такими способностями. Они начали искать меня сами. Для некоторых было облегчением найти коллегу, который считал бы эти необычные способности ценными. Я хотела знать их реакцию на то, что люди могут видеть кончиками пальцев, и, если возможно, вызывать их на научное обсуждение этого феномена.

Я спросила двух своих коллег, как бы они объяснили подобное явление. Д-р Джемс стал настаивать на том, что это совершенно невозможно. «Но, — возражала я, — я работала с людьми, которые могут сделать это, я испытала их.» Мне казалось, что в этот момент д-р Джемс должен был усомниться в моем психическом здоровье или в моей правдивости. Он продолжал твердить, что все это невозможно. «Я не знаю, сколько людей способны делать это, но, может быть, вы могли бы, д-р Дик. Почему бы вам не попробовать?» — спросила я моего второго собеседника.

Д-р Джемс был уверен, что это нельзя было сделать и отказался от попытки, а д-р Дик согласился попробовать. Тогда я завязала ему глаза и принесла изображение ребенка, который был рожден посредством кесарева сечения. Ребенок на картинке был еще наполовину в утробе матери. Я поставила изображение перед д-ром Диком, попросила его провести пальцами по листу бумаги и сказать, что пришло ему в голову. Тем временем д-р Джемс ходил взад и вперед по комнате, очень взволнованный, и твердил, что это смешно и невозможно, этого просто нельзя сделать. Он хотел обратиться к д-ру Дику и сказать ему, что тот не сумеет ничего сделать.

В несколько нервозной атмосфере д-р Дик и я продолжали опыт. Двигая пальцами по картинке, он сказал, что ощущал обнаженную кожу, очертил область, где на картинке был изображен ребенок. Д-р Дик продолжал двигаться по картинке и очертил область, где было изображение матери. На картинке действительно были только эти два объекта. Остальное просто было задрапировано простынями. Когда я снял повязку, то д-р Дик растерялся от того, что был абсолютно точен. Я хотела попросить описать другую картинку, но д-р Джемс был так взволнован и огорчен тем, что произошло, ведь это не вписывалось в надежную структуру его представлений, что мы вынуждены были прекратить опыты.

Я вдруг поняла, как болезненно может быть для некоторых людей понимание новой идеи. Д-р Джемс просто не мог включить эту новую и поразительную информацию в структуру своих умственных понятий. Все его интеллектуальное здание распалось бы из-за этого. Именно его волнение и огорчение сделали невозможным продолжение каких-либо дальнейших опытов в этот раз. Коллега д-р Дик ничего больше не сказал, и встреча была прервана.

Через несколько недель я приехала прочесть лекцию группе психиатров о галлюцинациях и иллюзиях в город, где жил д-р Дик. На время моего пребывания остановилась в доме д-ра Дика и его жены. Оказалось, что д-р Дик пытался экспериментировать со своими детьми в чтении с завязанными глазами и получил интересные результаты. Он хотел подробно обсудить свои способности. Доктор сказал мне, что он и его мать всегда находились в очень тесном телепатическом контакте. Во многих случаях, когда он брал телефонную трубку, чтобы вызвать ее, находящуюся на далеком расстоянии, то слышал, что оператор на линии принимал вызов от матери. Д-р Дик всегда знал, когда необходимо войти в контакт с матерью, его ощущения всегда подтверждались. Доктор не был слишком удивлен тем, как прошел опыт в моем кабинете в Нью-Йорке. Однако он почувствовал, что будет лучше не расстраивать далее коллегу д-ра Джемса. В лекции для группы психиатров я не упомянула о СЧВ. После лекции, однако, д-р Марк, который был председателем собрания, подошел и как частное лицо спросил о моих исследованиях. Он слышал о моем интересе от одного из друзей. Д-р Марк был руководителем отделения большой больницы и хорошо известным специалистом в своей области. Как только д-р Марк узнал, что я серьезно изучаю СЧВ, то захотел поговорить со мной.

Д-р Марк сказал, что мог видеть в темноте так же легко, как и при дневном свете. Будучи ребенком, он был поражен, почему людям нужен свет ночью. Он не знал, что большинство людей не могут видеть в темноте.

Во время второй мировой войны он был моряком. Не испытывая трудности, проводил ночью своих людей по запутанным тропинкам в джунглях.

Д-р Марк заверил, что у других членов его семьи были гораздо большие способности. Он утверждал, что некоторые из них были бы неплохими субъектами для исследования. Сестра доктора, в частности, могла видеть энергетические поля и измерять эмоциональные состояния людей посредством цветного поля, которое видела распространяющимся на некотором расстоянии от тела. Доктор не знал, как оценить эти способности. Наша дискуссия относительно СЧВ была ободряющей для него. Он понял, что его родственники могли получить большую поддержку, если бы могли поговорить со мной. В конце концов психиатр чувствительнее других относится к тому, что считать нормальным.

Примерно в это же время я встретила другого психиатра, д-ра Франка, практикующего в Нью- Йорке, который проводил исследования самостоятельно. Он знал об энергетическом поле вокруг людей, это озадачивало и тревожило его. Доктор Франк ясно видел поле, Оно было несколько расширенным около кончиков пальцев. Он мог также видеть энергию, втекающую и вытекающую из тела. Доктор видел центральные точки, где потоки энергии пересекались в области позвоночника. Он не искал соотношения между здоровьем пациента и его энергетическим полем. Его усилия были направлены на фотографирование, на поиски какого-либо способа фотографирования того, что он видел. Он тратил время и деньги, пытаясь создать некоторый тип фотооборудования для этой цели. Доктор чувствовал: очень важно доказать другим, что энергетическое поле, которое он видел, имело место в действительности. Доктор Франк с облегчением узнал, что существуют люди, которые тоже видят энергетическое поле, и был рад найти психиатра, с которым мог бы поговорить об этом.

Д-р Филип, врач со Среднего Запада, имел несколько необычный вид способностей. Он также был известен своими диагностическими способностями и в высшей степени удовлетворительными результатами в лечении пациентов. Его часто вызывали в качестве консультанта в клинику Мэйо. Многие пациенты говорили о докторе Филипе с поразительным энтузиазмом. Он был достаточно осторожен и скрывал много лет свои поистине фантастические способности. Но, наконец, согласился обсуждать свои дарования для того, чтобы можно было написать о них, но только при условии, что ничего не будет сказано до тех пор, пока он не умрет.

Д-р Филип мог видеть любой орган в теле пациента, наблюдать его функционирование и любые патологические изменения, имевшие место. Он знал все о состоянии пациента уже через несколько минут после того, как тот садился перед ним. Для того чтобы сохранить свою медицинскую репутацию, доктор ничего и никому не говорил об этом и всегда проводил пациента через все лабораторные исследования прежде, чем поставить диагноз. Вдобавок к этому д-р Филип имел способность в значительной степени предвидеть ход заболевания или функционального расстройства. Более того, из ряда возможных лечений он почти мгновенно выбирал именно то, которое следует применить. Д-р Филип провел у нас три дня, рассказывая о своих ранних переживаниях и о постепенном развитии способностей на протяжении ряда лет. Он рассказал, что долгие годы по ночам, когда спал, регулярно «видел» занятия. В сонном состоянии он оказывался в месте, похожем на медицинский колледж, где из ночи в ночь читались ясные и логичные лекции по медицине в полной разумной последовательности, без путаницы или бессвязности, которые обычно сопровождают сновидения. Он говорил со слушателями и профессорами, которые присутствовали на этих занятиях, обсуждая медицинские проблемы. Доктор Филип чувствовал себя таким же бодрым и в полном сознании, каким он был в бодрствующем состоянии, а при пробуждении мог вспомнить все, что ему было сказано. В этих классах его учили смотреть в физическое тело и наблюдать его состояние и функционирование. Уже на ранних стадиях этого ощущения доктор обнаружил, что может уже бодрствуя смотреть в физические тела своих пациентов и работать в кабинете так же легко, как он делал это во сне.

Д-р Филип продемонстрировал свою способность, рассказав историю болезни и поставив диагноз двум пациенткам, которых не видел никогда раньше. В каждом случае пациент сидел перед ним одетый. Доктор немедленно начинал излагать историю болезни от самого рождения и называл диагноз на данное время. Эта информация была проверена медицинским обследованием и диагнозом, который

поставили другие врачи, использовавшие обычные диагностические процедуры.

Большей частью я была слишком занята поисками людей с СЧВ, чтобы думать о новых типах инструментов для обнаружения некоторых из тех энергетических полей, о которых эти люди постоянно говорили. Прежде чем решать, какие инструменты для этого выбрать, я хотела иметь подробное описание этих полей. Если достаточное количество людей видят одно и то же, не сообщая друг другу о своих наблюдениях, то я смогу определить ряд тех явлений, которые мы бы исследовали при помощи научных методов.

Однажды я открыла медицинский журнал и нашла там статью, которую написал д-р Джулиан, хирург из Монреаля. Это была одна из первых статей относительно использования инфракрасных камер в медицинской диагностике. Д-р Джулиан применял инфракрасную камеру для установления дифференциального диагноза доброкачественной и злокачественной опухоли. Я хотела знать об этой камере как можно больше потому, что это могло привести к какому-нибудь открытию и в моей области.

Я сообщила д-ру Джулиану об исследовании и интересе к любого рода приборам, которые могут помочь обнаружить поля, до сих пор необнаруженные. Я упомянула волшебную палочку среди других способностей к СЧВ. Он немедленно заверил меня, что способность пользоваться волшебной палочкой была очень реальной вещью. Д-р Джулиан пытался делать это сам и обнаружил, что и у него получается. Он очень хотел быть мне полезным, но инфракрасная камера была не в порядке, и мы не смогли провести в тот раз какие-либо эксперименты.

В разговор вступил анестезиолог д-ра Джулиана. Он прочел несколько книг о СЧВ и знал о способности пользоваться волшебной палочкой. По-видимому, он считал способности к СЧВ чем-то само собой разумеющимся. Анестезиолог утверждал, что человек изобретает все виды приборов для обнаружения энергии, но пренебрегает самым эффективным из них — самим собой. В лаборатории царила дружеская атмосфера по отношению к моей работе.

Д-р Джулиан дал мне рекомендацию к одному ученому, работавшему в Канадском исследовательском совете, который разрабатывал методы использования инфракрасной камеры. Когда я поехала в Оттаву, чтобы встретиться с ним, то нашла другого ученого с весьма «открытым умом». Существование энергетических полей, которые мы еще не умеем обнаруживать, этот ученый принимал за несомненный факт. Он обсуждал со мной два типа инфракрасных излучений, с которыми велась работа: некоторые из них применялись в промышленности. В то время инфракрасное излучение только находило себе применение в медицине. Мы не могли прийти к каким-либо выводам по отношению к энергетическим полям, которыми я интересовалась. Однако я имела в виду все пути, ведущие к их обнаружению. Поиски врачей, имеющие СЧВ, продолжались. Я слышала о д-ре Алисии. Она сначала с большой неохотой обсуждала вопрос о СЧВ. Я должна была получить рекомендацию от нашего общего друга, которому д-р Алисия доверяла. Она согласилась обсуждать свои способности при условии, что ее настоящее имя не будет упомянуто. Д-р Алисия сказала, что видит энергетическое поле пациента, которое распространяется на небольшое расстояние от него. Как только пациент входит в кабинет, по состоянию энергетического поля она видит, где расположен источник заболевания. Постепенно доктор научилась ставить ясный и точный диагноз по энергетическому полю.

Д-р Алисия обладала также способностью иного типа, отличавшей ее от других врачей. Она ощущала в своем теле боль или неудобство точно в том месте, где и пациент чувствовал боль или дискомфорт. Раньше д-ру Алисии это мешало и расстраивало ее.

Для того чтобы продолжать работу в области терапии, она должна была выключать эту боль ради собственной работоспособности и хорошего самочувствия. Доктор использовала свою способность только тогда, когда окончательно ставила диагноз или оценивала ход лечения.

Становилось все более очевидным, что многие из моих коллег-врачей применяли методы, которые никогда не были упомянуты в медицинских статьях или на собраниях врачей. Другой пример — д-р Глория. Она врач-остеопат с широкой известностью. В начале своей деятельности, будучи молодым врачом, была озадачена тем, что не могла обучить студентов-медиков тому, что сама делала так легко. Постепенно д-р Глория начала осознавать, что использовала способность, лежащую гораздо дальше того, чему учат врача-остеопата и хирурга в школах остеопатии. Теперь ей за 80 лет, но она ежедневно принимает пациентов по полному списку. Я отчасти стала пациенткой доктора для того, чтобы убедиться в ее необычных способностях, а также потому, что доктор могла оказать мне неоценимую помощь в лечении и моих физических недугов. Д-р Глория могла слушать и чувствовать поток энергии вдоль нервной системы, когда касалась пациента. Она немедленно узнавала, где имелась закупорка или другой вид отклонений. Кровообращение и состояние органов и тканей тела доктор ощущала таким же образом. Когда она клала руки на голову пациента, то чувствовала перемещение всех мозговых жидкостей. Многие ощущения, касающиеся того, что происходит в организме, зависят от состояния мозга и мозговых жидкостей. Диагнозы все время подтверждались другими врачами, применявшими обычные виды исследования. Многие коллеги посылают ей описания своих пациентов и сравнивают ее результаты со своими.

Д-р Глория скорее ощущает, чем видит энергетическое поле, проникающее сквозь физическое тело и окружающее его. Ее руки обладают исцеляющей силой. Доктор описывает это как энергию, текущую через нее, которую она направляет вперед и назад, когда лечит пациентов. Она применяет и обычные остеопатические методы, но с незначительным отличием.

Д-р Глория лечила свою подругу, и я присутствовала на этом сеансе. Ее пальцы двигались вдоль лица пациентки, она спросила, нет ли у той боли в зубах. Пациентка ответила, что была небольшая невралгия у корня одного из зубов, но в данный момент боли нет. Д-р Глория провела пальцами по внешнему очертанию челюсти и сказала: «Я не могу найти абсцессирования ткани, но вам следовало бы повидать своего дантиста». У пациентки не было опухоли и других признаков какого-либо заболевания. Обычно д-р Глория не обсуждала результат своего обследования, но мы обе знали о ее способности. Дантист не нашел абсцесса, но зуб требовал лечения.

Снова вернувшись в Нью-Йорк, я присутствовала на лекции об СЧВ. Хирург, который оставил хирургию для регулярной медицинской практики, тоже пришел на лекцию. Кэй, которая была со мной, указала мне на него как на человека, с которым мне следовало бы поговорить. После лекции я подошла и представилась. Во время разговора спросила, нет ли у него какой-либо способности к СЧВ. Он колебался, но в конце концов сдался и стал говорить. Хирург сказал, что несколько лет тому назад ощутил у себя чувствительность в руках. Она служила для определения диагноза и для магнетического лечения. Он решил, что в общей медицинской практике будет больше благоприятных возможностей для беспрепятственного использования этих дарований, чем в хирургии. В качестве практикующего врача можно диагностировать пациентов и применять дар магнетического лечения так, чтобы пациент не знал об этом. Переход из хирургии в обычную медицинскую практику озадачил его коллег-врачей.

Я постоянно удивлялась, обнаруживая, как много людей с медицинской профессией имели СЧВ и применяли его. Некоторые вещи прояснились благодаря именно контактам с коллегами-врачами. Большая часть чувствовала поначалу некоторое беспокойство, но, найдя, что это может быть полезно в медицинской практике, применяли СЧВ. Почти все без исключения сохраняли в тайне свои необычные способности, так как боялись, что всякое упоминание о подобных вещах может повредить их профессиональному положению. В большинстве случаев каждый из них считал, что он одинок и странен. Все они облегченно вздыхали, встретив кого-то в своей профессии, с кем можно было поговорить откровенно. Факт, что существовали другие врачи с аналогичными способностями, был для них утешительным.

Как только пошел слух, мои коллеги захотели поговорить друг с другом. Они были счастливы узнав, что имеется проект исследования, начатый по инициативе хорошо квалифицированного коллеги. Все врачи нашли, что обсуждение различного рода СЧВ было бы в высшей степени полезным. Многие из них начали подумывать над методами более эффективного использования своих способностей.

Когда я просмотрела список врачей с СЧВ, то заметила, что они были из разных частей страны и, фактически, из разных частей света. Большей частью эти доктора не знали друг друга и тщательно воздерживались от обсуждения способностей даже с теми коллегами, которые с симпатией относились к этому. Удивительным было и то, что они, не зная друг друга, рассказывали об аналогичных типах ощущений. Когда многие серьезные люди сообщают о явлениях одного и того же рода, наступает время, когда наука начинает их изучение.

Подведем итоги: я нашла большое число врачей с СЧВ, считавших эти способности полезными для определения диагнозов, причем одни применяли их

эффективнее других. Многие знали о своей способности к магнетическому лечению и спокойно применяли ее, когда для этого представлялась благоприятная возможность. Некоторые из врачей видели и чувствовали действие своих методов прежде, чем это обнаруживал лабораторный анализ, сами пациенты. Врачи могли применять методы своего исцеления и получать лучшие результаты. Некоторые из них проявляли выдающиеся способности к предвидению, это давало им возможность делать прогноз относительно своих пациентов. Иные имели вполне определенный телепатический контакт с пациентами.

В разговорах с одаренными врачами меня больше всего интриговало и было самым поразительным упоминание об энергетическом поле, которое находится вокруг тела и проникает через него. Некоторые из моих коллег видели это энергетическое поле с гораздо большими подробностями, чем другие. Одни замечали изменения в этом поле, которые помогали им при диагнозе. Другие видели энергию в точках, связанных с эндокринной системой или влияющих на нее, вдоль позвоночника. Энергетическое поле, которое они описывали как живую, движущуюся паутину вибраций, было тесно связано с состоянием физического тела. Это поле начинало определяться как важная исследовательская проблема.

Я решила предпринять несколько опытов с энергетическим полем, используя сенситивов, которых нашла, и сопоставить результаты с непосредственным медицинским диагнозом.

Одной из проблем была та, как провести исследования с врачами и представителями других профессий, которые в своих больницах и учреждениях и так были загружены сверх нормы. В лучшем случае они могли уделить мне несколько часов своего свободного времени. Я мечтала о клинике, где многие врачи такого типа могли быть собраны в одно место для исследований. Мы смогли бы использовать все орто-


65
3 Зак. 1069

доксальные методы, процедуры и эти странные СЧВ как проверку одних другими. Однако я знала, что это могло осуществиться только в самом далеком будущем. А пока я должна начинать там, где я была, и осуществлять мои исследовательские процедуры и опыты пока что в одиночку. Предварительные исследования заставили осознать, что я «схватила за хвост очень большого медведя».


1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11

Похожие:

Книга предназначается широкому кругу читателей; всем, интересующимся экстрасенсорикой. Isbn 5-7815-1672-7 © Предисловие к русскому изданию Э. И. Гоникман. Центр народной медицины «Сантана» iconЯмбург. Предельно искренне, с известной долей самоиро­нии он рисует...
Я55 Педагогический декамерон / Е. А. Ямбург. М. Дрофа, 2008. 367, [1] с ил. Isbn 978-5-358-03801-1

Книга предназначается широкому кругу читателей; всем, интересующимся экстрасенсорикой. Isbn 5-7815-1672-7 © Предисловие к русскому изданию Э. И. Гоникман. Центр народной медицины «Сантана» iconПсихологу
...

Книга предназначается широкому кругу читателей; всем, интересующимся экстрасенсорикой. Isbn 5-7815-1672-7 © Предисловие к русскому изданию Э. И. Гоникман. Центр народной медицины «Сантана» iconС. К. Нартова-Бочавер, Г. К. Кислица, А. В. Потапова
...

Книга предназначается широкому кругу читателей; всем, интересующимся экстрасенсорикой. Isbn 5-7815-1672-7 © Предисловие к русскому изданию Э. И. Гоникман. Центр народной медицины «Сантана» iconКнига может быть полезна также студентам филологам и педаго­гам,...
Л 85 Письмо и речь: Нейролингвистические исследования: Учеб пособие для студ психол фак высш учеб заведений. — М.: Издательский центр...

Книга предназначается широкому кругу читателей; всем, интересующимся экстрасенсорикой. Isbn 5-7815-1672-7 © Предисловие к русскому изданию Э. И. Гоникман. Центр народной медицины «Сантана» iconКнига адресована широкому кругу читателей, интересующихся проблемами философии
«Ильенков Э. В. Диалектическая логика. Очерки истории и теории»: Политиздат; Москва; 1974

Книга предназначается широкому кругу читателей; всем, интересующимся экстрасенсорикой. Isbn 5-7815-1672-7 © Предисловие к русскому изданию Э. И. Гоникман. Центр народной медицины «Сантана» iconКнига издана ограниченным тиражом. Заказать книгу можно по адресу
Книга предназначена в первую очередь для представителей класса законотворчества, сотрудников правоохранительных органов, следователей,...

Книга предназначается широкому кругу читателей; всем, интересующимся экстрасенсорикой. Isbn 5-7815-1672-7 © Предисловие к русскому изданию Э. И. Гоникман. Центр народной медицины «Сантана» iconКнига рассчитана на теоретиков и практиков избирательного процесса,...
В книге комплексно и всесторонне исследуется политическая реклама – феномен политической жизни России последних лет

Книга предназначается широкому кругу читателей; всем, интересующимся экстрасенсорикой. Isbn 5-7815-1672-7 © Предисловие к русскому изданию Э. И. Гоникман. Центр народной медицины «Сантана» iconАйн рэнд источник предисловие
Через перипетии судеб героев и увлекательный сюжет автор проводит главную идею книги — эго является источником прогресса человечества....

Книга предназначается широкому кругу читателей; всем, интересующимся экстрасенсорикой. Isbn 5-7815-1672-7 © Предисловие к русскому изданию Э. И. Гоникман. Центр народной медицины «Сантана» iconС. М. Телегин литература и мифологическая революция
Теоретический материал представлен на примере художественных произведений русских писателей. При анализе текстов использован разработанный...

Книга предназначается широкому кругу читателей; всем, интересующимся экстрасенсорикой. Isbn 5-7815-1672-7 © Предисловие к русскому изданию Э. И. Гоникман. Центр народной медицины «Сантана» iconМосква парвинэ 2003 оглавление
Предисловие А. Г. Пузановского к русскому изданию 14 Предисловие М. В. Хансена 16



Образовательный материал



При копировании материала укажите ссылку © 2013
контакты
lit-yaz.ru
главная страница